Рука лича неожиданно упёрлась мне в грудь.

— Всё это чудесно, Иссабелия, — вкрадчиво произнёс он. — Но что ты хочешь от меня, дорогая?

Рука его была холодной и жёсткой. От неё шёл самый настоящий могильный холод. Я подняла на него взгляд. Сложнее всего было ничего не говорить про насекомых, облюбовавших лича, да о его в целом непрезентабельном виде. Нет, ну ты же почти всемогущее существо, ну используй ты зелье от запаха и от мух, их, вообще-то, не только для коров придумали!

Но думать это и уж тем более говорить это я не собиралась.

— Мести, — призналась я с серьёзным видом. — Вам всё равно понадобиться королева мира. Пока никто до этого не додумался, я решила быть первой. Я почти некромантка, я медиум. Знаю вас дольше любой женщины…

Рядом взвыла какими-то непередаваемыми ругательствами эйри.

— … По крайней мере, дольше любой живой женщины, — поправилась я на случай, если он всё-таки слышит призраков.

Изначально я предполагала взять лича на слабо. Сказать, что пришла его поцеловать. Он же просил? Вот пусть получает. И неважно, что я уже целовала его призрачного!

Одним словом, план мой был прост как доска. Но сейчас я придумала поступить иначе.

— Я буду хорошей королевой, — сейчас я и впрямь верила в это. Почему бы и нет? Уж точно лучше, чем лич — королём! — Умной. Безжалостной. Злопамятной.

Каньер захохотал. Он смеялся так громко, что его армия против воли подхватила смех. Те, кто не мог смеяться, просто трясли костями в такт общему смеху. Я терпеливо ждала, делая вид, что меня интересует его мнение, а сама пыталась прикинуть, как достать до его не прикрытого одеждой тела. Один поцелуй должен всё исправить. Я бы ещё переживала, если бы к этому моменту со вторым личом не разобралась его родственница. А смогла мёртвая старушка — смогу и я. Я ведь не хуже, верно?

— Ты забавная, Иссабелия Астаросская, — наконец Каньер успокоился. — И ты больше не боишься брака и брачных браслетов?

— Не боюсь, — снова не солгала я. — К тому же, прости за прямоту, наш брак будет чисто номинальным, верно? Мы физически не сможем завести выводок маленьких личей!

Как я и предугадала, моя прямота пришлась Каньеру по вкусу.

— Ты права, ведьма, — произнёс он. — И не права в то же время. Поцеловать или обнять я тебя могу и обязательно буду это делать. Ты всё ещё хочешь быть моей королевой?

— Я хочу быть королевой, — твёрдо ответила я. — И я буду превосходной королевой.

— И ты не боишься? — продолжил тянуть время Каньер. Я чудом удержалась от вопроса, не боится ли он, раз продолжает держать на расстоянии вытянутой руки.