Всё, даже то, о чём я пока не знаю.

Так он и сказал мне, когда мы вдвоём находились в том ритуальном зале, который я уже видела раньше. Только тогда я не могла встать и даже пошевелиться. Моё тело словно больше не принадлежало мне. Но сегодня я встала и, оттолкнув его со всей своей пробудившейся драконьей силой, побежала прочь — и он не успел меня остановить.

Кто он? И зачем я ему нужна?

Это вопросы поочерёдно бились у меня в голове, заглушая шаги и даже шём крови в висках.

Когда же закончися этот коридор? Тут вообще есть выход?

Но туннель продолжался и продолжался, как кишка гигантского чудовища, и вскоре мне начало казаться, будто он закончится тупиком. Наверное, поэтому преследователь не торопится меня хватать — ему просто нравятся мои мучения. Нравится агония моей надежды.

Движение воздуха навстречу мне внезапно прекратилось. Я осознала это слишком долго и почти со всего размаху, едва успев придержать шаг, впечаталась в холодную каменную стену. Всё моё существо передёрнуло от отвращения: она была покрыта тонким слоем липкой слизи, которая сразу же облепила моё лицо и ладони.

Я отшатнулась —и сзади меня поймали огромные холодные руки.

— И зачем бежала? — шепнул мне на ухо мужчина. — Зачем ты постоянно бежишь?

Весь мой магический контур обожгло ядовитой волной скверны. Он не просто носил её в себе — он был ей. с головы до ног, до кончиков волос и пальцев.

— Отпусти… — проговорила я, не слыша собственного голоса, лишь чувствуя движение собственных губ. — Я не могу тебе ничего дать.

— Можешь! — он прижал меня к себе сильнее. Я дёргалась, глядя в глухую темноту перед собой, и уже не знала, что мне делать. — И ты отдашь. Станешь моей женой — и отдашь всю себя. Внутри и снаружи.

Его тяжёлые, словно каменные плиты, ладони спустились с моих плеч на живот, вдавились в него с такой силой, что я вскрикнула от боли. Затрещала ткань промокшего от слизи платья, и, кажется, захрустели мои кости от силы чужих объятий.

Я зажмурилась, и перед глазами внезапно вспыхнуло золотистая точка, которая, пульсируя сквозь мрак, постепенно превратилась в драконью чешуйку. Я протянула руку и схватила её.

А затем проснулась оттого, что кто-то настойчиво встряхнул меня за плечи.

— Алита! — вонзился в ухо голос Латара. — Любимая, что с тобой?

Я глухо вскрикнула и наконец открыла глаза. Нашу общую с мужем спальню освещали слабые огоньки свечей. Он нависал надо мной, с мягким нажимом гладя моё лицо, оглядывая его по кругу вновь и вновь, а в его глазах плескалась горячая тревога.

— Всё хорошо… — выдохнула я. — Просто кошмар приснился. Всё уже прошло.