— Теперь другое дело, — заверил я.

— Вот и я говорю, что с корицей куда вкуснее!

Всё ещё с выражением восторга на лице, Викторыч покосился на меня и выдал:

— А знаешь, хрен с вами, давайте помогу разобраться, что там не так со снабжением седьмого!

Мы с Ромой, довольные, переглянулись. Первый был «готов». Кстати, у костра я и Викторыч единственные ели уху с корицей, остальные предпочли классический рецепт. Обед прошел хорошо, мы сидели за общим столом, выпивали и травили бородатые анекдоты.

Я подсел к начальнику инструментального корпуса, заметив, что с каждой выпитой рюмкой он становится все хмурнее. Возможно, так действовал на мужика алкоголь, а может быть, он задумался о чем-то нехорошем. По крайней мере, выглядел он одиноким и разбитым.

— Ну, как рыбалка, дядь Коль? — спросил я, усаживаясь рядом с ним.

— Ты, Егор… — покосился он на меня осоловевшими глазами.

— Ага, вижу же, что настроение у тебя ниже плинтуса, — я не стал ходить вокруг да около. — Чего стряслось?

— Да, — отмахнулся тот. — Тебе моих проблем не понять. Зинка моя… люблю не могу…

Он начал рассказывать о своих думках, путаясь в словах, так что уловить связь получилось не сразу. Но постепенно я всё же понял, что у дяди Коли есть подозрение, что его Зинка ему изменяет.

— Мне вешает лапшу про Лермонтова, про Пушкина, а сама, зараза, нашла себе какого-нибудь молодого петушка! Зачем ей такой старик, как я⁈

— Зинаида? Погоди, дядь Коль, так ведь это твоя жена в библиотеке заводской работает? — я смутно припомнил, правда, ещё по прошлой жизни, что библиотекаря в заводской библиотеке звали как раз Зинаидой.

Честно говоря, не знал, что она замужем за большим начальником. Но саму Зину помнил, это была действительно довольно молодая женщина, как раз пришедшая на завод в середине семидесятых, после окончания университета.

— Она самая! — подтвердил мою догадку дядя Коля и тяжело вздохнул. — Изменяет мне она, у нас ведь как-никак двадцать лет разницы.

Не то чтобы я хорошо знал Зинаиду по прошлой жизни, но уж точно помнил, как некоторые ребята пытались с ней познакомиться. Так у них не вышло ничего, Зина всегда сразу говорила, что она замужем. Правда, не упоминала, за кем, но ухаживаний не принимала ну просто категорически. Не думаю, что в этой реальности что-то изменилось, поэтому я внимательно посмотрел на дядю Колю и сказал ему то, что он, наверняка, и хотел услышать.

— Вы мужик видный, дядь Коль, таким не изменяют. А Зина ваша — и красавица, и человек надёжный и преданный. Знаете, сколько к ней желающих клеится? А она только о вас и говорит!