— Слышь Игнат, а здесь 39 штук вместо сорока, — сказал наш кладовщик.
— А, — отмахнулся глухонемой и показал какой-то жест.
— Че он говорит? — спросил я, когда водитель кары отвернулся.
— Говорит, потом довезет, — пояснил кладовщик, а затем, чуть подумав, добавил: — Ну или если не довезет, то попросит списать на брак.
— Ты, выходит, расписываться за такое будешь?
— А куда деваться, там выше как-то по-своему разбираются с этими вещами. Моё дело маленькое — закорючку поставить, что привезли, а я принял.
Я ничего не ответил. Сказать, что это слабая позиция, так кладовщик и сам знает, без моих подсказок. Просто удобно, что всё так, и за недостачу ему действительно никто и слова не скажет. Скорее рак на горе свистнет, тем что-то в этом плане поменяется.
Но теперь, когда у меня, как туз в рукаве, была поддержка нашего нового начальника, дело не выглядело безнадёжным. Тут главное — понять первопричину, почему раз за разом происходит именно так, не иначе. И на каком этапе случается осечка. По этому вопросу было бы не лишним поговорить с самим водителем, он мог дать ответы на все интересующие меня вопросы. Но я смотрел на глухонемого и понимал, что у нас не выйдет найти общий язык. Язык жестов я не понимал в принципе, а значит, даже если он будет считывать мои слова по губам, ответ-то не пойму. Не сажать же его за стол, чтобы он записывал свои слова на бумаге? Получался замкнутый круг.
Осмыслив это, я принял, как мне показалось, единственно верное решение. Дождался, когда он выгрузит заготовки и сядет за руль кары. И в этот момент я сел в кабину кары.
— Подвезешь?
Глухонемой на меня удивлённо посмотрел, не понимая, что я хочу.
— С начальником твоим надо поговорить, — объяснил я. — Поехали!
Водитель на это показал большой палец, и кара поехала на склад. Ехать было недолго, и вскоре мы уже заходили внутрь складского помещения.
Глава 9
На складе грузчики как раз закончили раскладывать заготовки по стеллажам и отправились всем трудовым коллективом в курилку.
— И где главный? — спросил я.
Вряд ли глухонемой услышал, потому что в этот момент я стоял к нему спиной. Однако чего я хочу, мужик понял сам — и ткнул пальцем в дверь кабинета.
Я благодарно кивнул и направился в кабинет. Приличия ради постучал, хотя к таким товарищам надо не то чтобы без стука заходить, а открывая дверь ударом ноги. Может, это помещение и называли кабинетом, на деле же это была всего лишь небольшая каморка, заставленная кучей всякой металлической всячины.
Посередине кабинета стоял видавший виды столик, на столешница пестрела отпечатками от брошенных там тлеющих сигарет. За столом сидел мужик с серьёзной лысиной на затылке, поблескивающей под светом качающейся потолочной лампы.