Мишу я хорошо помню, парень был толковый, но вместе с тем крайне разговорчивый и неуступчивый. Именно он до моего появления в цехе в прошлой жизни занимался сборкой этих качалок. Мне их тогда отдали, как неликвид. Ну а я взял и решение нашел, как с ними справляться. Голову, конечно, тогда пришлось поломать, но тем не менее — всего через несколько месяцев моей работы я догадался, как собирать деталь качественно и быстро. Сейчас сборка 54/21 была возможна только за счет того, что качалку каждый раз загоняли в брак, и на это закрывали глаза, как на нечто само собой разумеющееся.

— Ну танцы с бубном, Мишань, ты для другого случая оставь, а Егор к нам приехал с конкретным предложением, — пояснил Иван Иваныч. — Егор, тебе слово, расскажи и покажи мужикам то, что мне в кабинете рассказывал.

— Щас он покажет, что у нас деталей на сдачу не останется, — послышались едкие комментарии от слесарей-сборщиков.

Понятно, народ был недоволен этим внезапным собранием, да и с деталью проблемной справиться никто не надеялся.

— Разговорчики — отставить, чего вы раскудахтались, как бабы базарные, — прикрикнул начальник. — Мишка, давай, наверное, покажи Егору, где эти детали собираются.

— Вот без обид, Иваныч, он же даже не в курсе, как процесс сборки происходит, что он там может показать… — Миша всё-таки повёл меня к верстаку, где уже стояло приспособление для сборки 54/21. — Пойдем, затейник!

Показывать мне, разумеется, ничего не было нужно, я все прекрасно знал сам, но, чтобы не отвечать на лишние вопросы, притворился, что действительно не в курсе, и пошёл за Мишей.

— Мы как раз 54/21 ждали, — пояснил Миша, когда мы подошли к его верстаку. — Я уже специальное приспособление заказал, как раз думал начать после обеда делать.

Я на секунду отвлёкся, рассматривая верстак у стены, заваленный всяким хламом. Это было моё будущее рабочее место. Когда я пришел, то, помню, покрасил верстак, повесил плакаты на серую стену, лампу для дополнительной подсветки установил…

— Егор! — Миша вырвал меня из потока воспоминаний. — Деталь-то дай, чтобы я тебе показал, в чем у нас проблема.

— Пожалуйста, — я вручил ему качалку.

Миша её взял, со вздохом подошел к верстаку и поставил деталь в специальное приспособление. Повертел туда-сюда, проверяя ход и удостоверяясь, что всё сделано в размер. А затем взял три ответные детали, которые шли в одном узле при сборке 54/21.

— Ну вот смотри, какая у нас здесь выходит засада, — прокомментировал он и начал собирать узел.

Узел был довольно непростой, и не зря при его сборке был указан столь редко встречающийся шестой разряд. То есть работа здесь — высший пилотаж. Технологически все три лапки качалки вставлялись в пазы ответных деталей. Качалка выступала своего рода связкой для ответных деталей. Она в собранном виде поворачивалась на штыре своей бобышки, и при помощи лапок, засунутых в пазы кронштейнов, их проворачивала. Рабочая поверхность верхней лапки зашла в первый паз как к себе домой и встала на место. Фиксирующий штырь уверенно соединил отверстия в базе кронштейна с отверстием в ушке качалки. Правда, для того, чтобы он встал до конца, Мише пришлось немножечко постучать по штырю киянкой. Но тут, справедливости ради, надо сказать, что допуск на оба отверстия был ювелирный — всего несколько соток. Далее в ушко запрессовывался подшипник, а значит, промахнуться и вылететь из допуска было нельзя ни в коем случае.