— Я ни в чем не виноват, — пытался убедить меня он дрожащим голосом.
— Виноват или не виноват, это уже следствие разберётся, а ты для себя решай — будешь ли ты мне рассказывать, как докатился до жизни такой? — строго сказал я.
После недвусмысленно намекнул, что вопрос нам с ним можно решить по-разному. Например, если товарищ кабанчик окажется разговорчивым, то я не буду подавать заявление о нападении на меня с кухонным молоточком. Предложил и другой вариант, на случай, если он окажется непонятливым. Тогда заявление от меня обязательно будет — и увеличит ему срок пребывания в местах не столь отдалённых.
— Как поступим? — спросил я, рассматривая перекошенную рожу вора.
Он отрывисто закивал.
— Все расскажу! Как есть расскажу!
— Ну давай, рассказывай, — оскалился я. — Рад, что мы поняли друг друга.
— В общем, — он набрал полную грудь воздуха и затараторил. — Дело было так, мы с Мишкой…
— Погоди, не тарахти, Мишка — это кто? — перебил я.
— Ну, мой корешок, с которым мы сюда полезли, — пояснил незадачливый кабанчик.
— Продолжай.
— В общем, мы как-то выпивали крепко с Михой в «наливайке» и там познакомились с одним мужиком. Он нам сказал, что есть интересная хата, которую можно обнести! Мол, у девчонки, которая тут живёт, есть деньги, а самой девчонки дома нет…
— Ясно всё, кто навёл? — снова перебил я.
— Клянусь, не знаю! — кабанчик выпучил глаза.
— Слушай, у тебя уже и так преступление в составе группы лиц, а если ты сдашь наводчика, то срок тебе скостят, но смотри сам.
— Мишка, Мишка его знает! — выпалил вор.
Все понятно, наверняка он был второй скрипкой в этом оркестре. Я думал, что договориться с воришкой будет сложнее, а этот кабанчик — прямо находка для сотрудников милиции.
— Ладно, мужик, я не буду писать на тебя заявление за нападение, будем считать, что ничего не было, — заверил я.
— Ага, спасибо большое!
— Спасибо в карман не положишь и на хлеб не намажешь. Давай-ка ты мне скажи, где твой дружок Мишка живёт. На том и сочтёмся.
— Скажу, все скажу, — согласился вор.
Я нашел у Киры блокнот и ручку. Память — штука хорошая, но не всегда на неё стоит полагаться. А пока мы разбирались с ним, в дверь квартиры постучали. Дверь вообще-то сломана, но, видимо, милиция решила соблюсти рамки приличия и без приглашения не заходить.
— Милиция!
Я сунул листок с адресом себе в карман и пошёл открывать милиционерам. В советскую милицию я верил, но и провести свое собственное расследование был не прочь.
— Иду, иду! — крикнул я милиционерам, которые постучали во второй раз, куда более настойчиво.
Глава 19