Для этого засек выбранный технологический процесс от и до. Вышло порядка восьми минут на одну позицию. Вроде бы, и быстро. Но тут стоит учитывать сразу два фактора — во-первых, если перемножить эти минуты на количество позиций в списке, то уже получается несколько недель чистого рабочего времени. А чистое рабочее время на производстве — это такая же утопия, как запрет работягам устраивать перекуры и слоняться по цеху без дела. Другими словами, это цифру правильно будет для начала удвоить, а только потом считать. Наконец, во-вторых, далеко не со всей оснасткой вопрос решается при помощи тряпки и ацетона. Кое-где надо хорошенько потереть щёткой. Где-то требуется перебивать нечитаемые цифры, калибровать отверстия, резьбу, удалять ржавчину — и чего только ни. А ведь наверняка будут ещё и «потеряшки», которые на карточке числятся, а вот по факту отсутствуют. Найти их в этих стеллажах — тоже дело не пары минут, а может быть, и целое расследование.

Я почесал затылок, раздумывая о том, как ускориться. В голову пришло несколько идей, но, все их тщательно взвесив, я остановился на одной — решил полностью пройтись по всем позициям, которые лежали в отдельном взятом стеллаже. Далее вытащить их из ящиков и рассортировать по сложности необходимых ремонтных работ. Те единицы, где не надо драить, чистить и перебивать, а только номер сверить, я обрабатывал сразу же, не отходя от ящика. Остальные фасовал по принципу читаемости номера. Так у меня образовались две кучки оснастки. В одной позиции с нечитаемыми номерами. В другой — с читаемыми. В обеих кучках встречалась оснастка с ржавчиной, загрязнениями и необходимостью калибровки отверстий, резьбы или смазки подвижных частей и соединений.

Теперь хотя бы понятно, сколько и чего надо сделать по первому стеллажу. Я вооружился отверткой, с ее помощью повытаскивал и повыкручивал втулки, болты, шайбы и прочую мишуру. Чтобы не ломать голову, от какой позиции мелочевка, я соединил их проволокой, как баранки, и прикрепил листки с обозначением их номеров. Всё это добро засунул в металлический ящичек с откидной крышкой, наполненный ацетоном. Пусть без меня откисают.

Потом отлил ацетон в отдельную бутылку, оснастку поскладывал в ящики и понёс к галтовочному барабану. В нашем цеху галтовки было аж две, что упрощало задачу. Обе представляли собой подобие огромной и примитивной стиральной машины, но вместо стирального порошка их барабаны были наполнены песком и камнями. Использовались они для того, чтобы сгладить шероховатости на поверхности детали и убрать мелкие заусенцы. Бросаешь в барабан партию, прокручиваешь полчаса — и получаешь поверхность гладкую, как попка младенца. Главное только потом — хорошенько детали вымыть в керосине и продуть.