Переход как всегда произошел плавно и почти незаметно для меня. Попадание в этот раз было стопроцентным, я почувствовал это сразу. Правда было некоторое неудобство. Оно касалось скорее тела самого реципиента. Сильно болел живот и что-то все время тянуло вниз. Прислушавшись к «себе» понял, что попал в девушку и как раз в критические дни для нее, впрочем, это ничуть не мешало будущему разговору, а некоторые неудобства можно было и перетерпеть.
Вначале я прикрыл глаза, чтобы, не привлекая к себе лишнего внимания и в какой-то степени слиться с несущим мое сознание телом. Это было необходимо не только для того чтобы вести разговор, но и для возможности движения. Вдруг мне придется перемещаться по комнате, делать какие-то действия. Ведь даже временно подселяясь я принимаю на себя все умения и привычки носителя, из-за чего часто после окончания сеанса довольно долго прихожу в себя.
Что интересно девушка, в которой сейчас находилось мое сознание была магом. Я сразу же почувствовал ее стихию. Это были вода и лед. Было бы интересно попробовать себя в этой роли, впрочем, сейчас важнее другое.
— Мари! Тебе плохо⁈ Почему ты сидишь с закрытыми глазами? — услышал я чей-то голос, раздавшийся сбоку от меня. Что ж это даже хорошо. Теперь я знаю имя своего реципиента и будет легче наладить контакт.
— Все хорошо, мама. — ответил я голосом Мари. Почему-то мне захотелось назвать женщину, задавшую этот вопрос именно так. — Просто немного закружилась голова. Сейчас все пройдет.
Произнеся это я еще мгновение сижу с закрытыми глазами и затем осторожно открываю их.
Увиденное до такой степени потрясло меня, что от неожиданности я вскочил со своего места.
— Мама⁈ — вскричал я. От моего крика все сразу же повернулись ко мне.
Увиденное до такой степени потрясло меня, что от неожиданности я вскочил со своего места.
— Мама⁈ — вскричал я. От моего крика все сразу же повернулись ко мне.
В комнате помимо девушки в которой я в данный момент находился, за круглым столом сидели и пили утренний кофе мои «погибшие» родители и бабушка. А я похоже сейчас находился в теле моей «погибшей» сестры.
— Но ведь ты же погибла⁈
После моих последних слов все уставились на сестру как на сумасшедшую, решив, что она повредилась умом. Единственная, кто сразу же все понял оказалась моя бабуля.
— Саша! — воскликнула она. — Так было нужно!
— Что нужно? — мой голос дрожал от возмущения. — Врать мне? Подсовывать опекунов вместо живых родителей. Заботиться о моей «неокрепшей психике» выдавая чужие кладбищенские фотографии за свои? Что было нужно?