Я вцепилась в край лежанки и оторвала себя от неё. Голова нещадно кружилась, перед глазами плыли цветные пятна. Но встать нужно.

— Ты куда собралась, болезная? Ложись-ка обратно!

— Мне того, выйти. Туалет, нужник, яма — что у вас тут? — я почему-то подумала, что биотуалета не завезли.

Правильно подумала, потому что Пелагея, ворча под нос, что всяким барыням непонятным не лежится, принесла ведро — жестяное ведро, и судя по его виду, оно примерно для такого дела и служило.

И к тому моменту, когда Меланья привела в дом кого-то ещё, я уже снова была водворена на лежанку за печкой и за шторкой, где пребывала совершенно без сил.

— Что, говоришь, пришла в себя? — спросила сурово ещё какая-то неизвестная женщина.

— Сама глянь, коль мне не веришь, — недружелюбно ответила Пелагея.

Шторка снова открылась, и зацепилась за крючок на стене, и я узрела женщину, выглядящую ещё страннее Пелагеи. Высокая, худая, как жердь, на голове — чепец, вот прямо чепец, белый такой, из-под него седые пряди выбиваются. Сама в коричневом — юбка в пол да жилетик какой-то, спереди зашнурованный. И рубаха под всем этим.

— Очнулись, значит. И что это на вас нашло? Думали, всё быстро закончится? Так не выйдет.

— Что закончится? — я в душе не ведала, о чём она вообще. — Вы что мне тут говорите такое?

— Мне велено было сопровождать вас и приглядывать за вами, и не думайте, что раз мы добрались, то вы останетесь без присмотра.

— Я вас не понимаю, — я прикрыла глаза.

— Да отойдите же, коряга болотная, — пошипела ещё одна женщина, и отпихнула эту, в чепце. — Госпожа Женевьев, родненькая, вы очнулись! Хорошо-то как!

Эта была пониже, попышнее, юбка у неё кирпично-красная, а жилетик — чёрный. И чепец другой, понаряднее, и кудряшки из-под него светлые.

Кто-кто? — подумала я про себя. Какая ещё Женевьев?

— Я очнулась, и я не могу понять ничего. Может быть, вы подскажете, где мой муж?

Обе переглянулись, потом разом посмотрели на меня.

— Ваш муж? Но ваш муж благополучно скончался пять лет назад, и вам это было отлично известно, — сообщила худая.

— Или вы вводите меня в заблуждение, только не знаю, зачем это вам, или просто не в курсе дела. Мы вчера — или когда там, сколько я тут лежу? — пришил в Хакусы, и там я упала в воду, когда садилась в лодку.

— Про лодку и воду всё верно, упали, — кивнула тощая. — Или сами бросились, мне то неведомо. Только вода-то тут холодная, и затея ваша не удалась, никуда вы не делись. А потом и вовсе генерал пришёл и вас вытащил, сказал — нечего.

— Какой ещё, на хрен, генерал? — так-то я и посильнее могла загнуть, но решила пока события не форсировать.