Лейтенант пробежал переулок, затем еще один. Фозах непременно хотел узнать — куда так спешит бес. Еще в ту тренировку на полигоне академии лейтенант понял, что этот демон слишком странный, и сейчас оказалось — бес умеет разговаривать… хотя он еще тогда чувствовал, что демон его понимал, но отчего-то не реагировал на оскорбление его хозяина рода, такое противоречило самой природе демонических существ… Фозах снова задумался…

Аполлон с крысой на плече выбежал на широкую улицу возле старого училища. Рядом с металлическим забором, ограждающим территорию учреждения, лежали изрубленные тела стражей Нефердорса, чуть дальше на каменной дороге к училищу, между домами лежал Зархан…

Демон подбежал к своему товарищу, приподнял ему голову.

— Зархан! Зархан! Очнись! — он легонько хлопал зверочеловека по щекам.

Наследник открыл тусклые глаза…

— Апол… лон… ты… ты жив… Лапа… преда… тели…

— Держись! — стиснул острые зубы демон и потащил Зархана с широкой улицы в закоулок.

Мимо пробегали горожане, но никому не было дело до раненых и убитых. Толпы солдат со второго уровня настоящим роем пробегали по улицам первого, выдавливая не успевших отойти зверолюдей.

Фозах со стороны наблюдал за странной компанией демона и зверочеловека, уже совсем ничего не понимая, какого чёрта здесь происходит…

Аполлон тащил Зархана всё дальше в трущобы первого уровня. Когда верная крыска на его плече о чём-то пищала, тогда бес сворачивал на соседний переулок.

Когда силы беса совсем иссякли, он остановился у двери дома, трухлявого и старого, как многовековое дерево. Бес толкнул дверь плечом, но та не подалась вот так сразу. Тогда демон отошел подальше, набирая разгон, и врезался в нее еще сильнее — старая дверца подалась, и бесенок влетел в заброшенный дом, упав на пол…

Он встал с пыльных сломанных досок и затащил внутрь Зархана, закрывая за собой дверь.

Аполлон посмотрел на своего товарища…

— Плохо дело… нужно лекарство… или еще что-то, — он перевел взгляд на Пожрушку.

— Пи! — рыже-серая погрызушка-воровка выбежала из ветхого дома выполнять задание.

— Держись, Зархан…

Демон разорвал рубаху на теле наследника, оторвал кусок ткани от нее и прикрыл кровоточащую рану на его животе, помимо нее, на шее и груди зверочеловека были кровавые порезы, но они были не так страшны, как думал Аполлон. Бес и сам облокотился на плесневелую стену, запрокинув голову — у него совсем не осталось сил, хотелось упасть и забыться…

Внезапно старая дверь отворилась, и алые глаза Аполлона, скользнув ко входу, увидели странного человека в куче тряпок.