Аполлон скривился.

— Да что с тобой такое, старик? Относишься ко мне как к вельможе, — он хлопнул мага по плечу. — Где старый добрый ворчун? Ладно. Есть, что надеть?

— Я предоставлю вам лучшие одежды, господин, — склонился Марон. — Дайте минуту.

— Сам разберусь, — одарил Аполлон взглядом, полным скепсиса, посчитав, что, похоже, старый переэкспериментировал со своими травами и пока что не в себе.

Он выпрямился, будучи голым, и подошел к Марте вплотную.

— Это… — поскреб молодой демон щёку в некой неловкости. — Раз ты знаешь — кто я, то привет, что ли…

— П-привет…

— В тот раз, в лаборатории Штрука… — начал он, но она перебила:

— Это моя вина, — присела Марта в реверансе, принося свои извинения, красная, как помидор. Ох и стыдно ей было. Настолько, что она склонила голову и уставила взгляд в пол. — Прости меня, я воспользовалась твоей беззащитностью. Ответственность произошедшего лишь на моих плечах.

— Да не то чтобы я был огорчен… — неловко улыбнулся Аполлон, откровенно рассматривая Гольштунг с ног до головы c какой-то животной жадностью.

Белая рубашка так туго обхватывала девичьи плечи и грудь, словно держала их в заложниках, а довольно аппетитные бедра скрывались в объятиях длинной черной юбки, словно преступницы от наказания. Сиреневые волосы совсем немного выглядывали из-под лабораторной шапочки, но пара локонов всё же выпала, свисая сейчас у ее шеи, привлекая к манящим изгибам внимание. Марта так и стояла в подобии реверанса, стесняясь поднять взгляд.

Аполлон проглотил обильную слюну. Два года в снежном пространстве, в одиночестве дали о себе знать. Кровь закипела, хотелось взять эту девицу прямо здесь, при старике. А еще поесть, выпить вина и повеселиться.

Чёрт возьми! Ему хотелось всё!

Словно все грехи и пороки единым буйным потоком рвались наружу. Аполлон только эволюционировал и пока не понимал, что все его ощущения стали более яркими, как и желания. Если он захотел женщину, то должен заполучить ее. Если захотел золота или крови, то и без них его будет ломать, пока не научится держать себя в узде. Сейчас Аполлон, словно водитель-новичок за рулем мощного заряженного спорткара, опасен как для окружающих, так и для себя самого.

— Ты так вкусно пахнешь… — прислонился он носом к ее сиреневым волосам и прикрыл глаза. И его, правда, закружило от женского аромата. С довольной улыбкой, гол как сокол, он раскрыл глаза и улыбнулся. — Прямо как весенний цветок.

— К-хм, — тихо кашлянул Марон, накручивая втихаря бороду.

Нужно ли удалиться ему? Но если он уйдет прямо сейчас, то может помешать господину. Всё-таки стоило не отсвечивать.