Принц же, заскрипев зубами, упал на землю после освобождения от заклинания.
— Мой принц! — подбежала к нему Алета.
— Пошла прочь, — прохрипел он злобно, буквально задыхаясь. — Прочь. Все прочь…
Он поднялся с колен и направился на выход. Поверженный. Растоптанный. Злой. Принц даже не стал возвращаться в VIP-ложу. Настолько внутри кипела ярость. На хранительницу. На нефердорсцев, радующихся на арене. На Стеллу.
Разве не из-за нее это случилось?
Точно.
Она виновна в том, что вышел на арену, и этого он просто так не оставит.
Стелла же, наблюдая за всем из кабинки, перебирала пальцами темно-фиолетовый флакон.
— Может, подбодришь его, доченька? — взглянула на нее Сицилия.
— Вряд ли у меня получится, — и сказала она это практически искренне.
Ее план провалился так же, как и выступление принца. Расчет был на то, что он получит хоть какие-то раны и вернется в ложу. Тогда она бы как заботливая невеста и дала ему испить из флакона зелье с одним из компонентов яда. Затем на ужине прикормила его вторым компонентом. В вине был бы третий. А на утро ни один из лекарей не смог бы определить, отчего скончался принц. Но, увы, завтра она не наденет уже подготовленное траурное платье.
Тогда в следующий раз…
— Леди Эльза, позволите пригласить вас на танец?
На юную Ванштейн вопросительно смотрел лощеный франт. Высок, прекрасно сложен, и как все на данном званом балу — богат, с какой стороны ни посмотри, а парень действительно хорош собой.
Красноволосая сдерживала рвотные позывы.
«Он слишком идеален. Это так раздражает. Наверняка под этой фальшивой улыбкой скрывается извращенец. Уже второй раз приплелся».
— Прошу простить, эм-м…
Кажется, она забыла его имя. Молодой аристократ улыбнулся, считая, что с большей вероятностью это одна из тех самых хитроумных женских ловушек, и сейчас эта девчонка пытается зацепить его.
— Сын маркиза Лаундра. Чарльз Лаундр Второй, — изобразил он улыбку довольно снисходительную.
Чарльз был наслышан о приезжей нефердорске, то ли нарочно нарушавшей этикет, то ли недостаточно воспитанной. И ему, как одному из представителей золотой молодежи, а по совместительству и разгульному молодому человеку, вздумалось поиграть с новой игрушкой, особенно теперь, когда она вынудила его повторить свое имя. Однако отчего-то рыбка с первого раза не клюнула на его милое слащавое лицо и дорогой костюм, так что пришлось делать второй заход.
«Правду о ней говорят. Просто дура, не понимает, насколько я хорош», — прикинул он.
— Прошу простить, Чарльз, я собиралась отойти по своим женским делам.
Кавалер вопросительно взглянул на Эльзу, и она необычайно простецки уточнила: