— Твоя сущность не способна познать данной истины, Штрук. Признаться, ты лишь горсть пепла, что останется после нашей битвы. Да и битвой я бы это назвал с лицемерной натяжкой, — катал демон вино в бокале.

— Гонора у тебя хватает, демон, — прищурился старик. — Вы все такие хвастолюбивые. Самолюбование — ваш главный порок.

— Да? — искренне удивился чернодемон, а может, это был сарказм.

Он по-хозяйски присел обратно на диван, опер меч острием в дорогой паркет и стал крутить его не спеша, бесчеловечно вырезая на дереве глубокие царапины.

— Пожалуй, отчасти соглашусь с тобой, Штрук. Только вот, когда захватываешь десятки крепостей, сотни городов. Когда ставишь на колени королей. Трахаешь лучших человеческих принцесс, — смаковал демон сказанное, словно копаясь в воспоминаниях. — Сложно не любоваться собой. Разве я не прав?

Штрук нахмурился. Обдумал сказанное и заметил:

— Громкие слова для низшего, — он посмотрел на чернодемона сверху-вниз. Впервые за их разговор.

Тот лишь криво улыбнулся зубастой пастью.

— Какая нелепая провокация. Под этим ковром магическая печать. Думал заманить меня в ловушку? Наглец ты, магистр, — усмехнулся демон и снова отпил вина.

Теперь Штрук почувствовал себя, заведомо проигравшим ход в этой странной словесной партии, подкрепленной действиями.

Во-первых, этому отродью удалось отразить ветряной серп. На такое способен лишь воин от ранга Мастер. Во-вторых, он каким-то образом узнал о ловушках, что значит — застигнуть его врасплох не удастся. И в-третьих, эта странная самоуверенность. Разве низшие ранги способны быть настолько высокомерными?

— По правде говоря, я пришел забрать у тебя кое-что свое. Ну и по настроению — убить. Конечно, если ты станешь умолять, весь в слезах и дерьме, то я подумаю — сделать тебя слугой. Однако шансы невысоки, уж больно рожа у тебя неприглядная, да и бесишь меня своими косичками, — указал чернодемон на седую бороду мага.

— И что же ты пришел забрать? — Штруку непросто давалось вести беседу.

Воздух в комнате был так раскалён, что скажи он нечто другое, агрессивное, то начнется смертельный бой. Конечно, старик не боялся сражения, но пытался за этот странный разговор узнать о своем противнике хотя бы немного больше.

— Безымянный палец, — указал панор на свою руку. — В стенах академии ты оторвал его, когда я был бесом. Припоминаешь? — сказано это было так просто, безо всяких замысловатых игр и двойного дна.

— Что… — пробормотал хмурый Штрук. Его тело словно окатило холодной водой. — Бес?

— И этот старик получает пять баллов! — чернодемон вяло захлопал в ладоши, оперев меч о бедро.