— Живьем последнего! — предупредил я, делая подсечку оставшемуся террористу.

Тот и не думал сдаваться, уже падая умудрился извернуться и направить дуло автомата в глубину зала. Кузнечиком прострекотала длинная очередь. Щелкнул боек, сигнализируя об окончании патронов.

Дальше проще. Удар под дых и еще один, «для профилактики». Пятый стрелок упал назад. Фиксируем, чтобы не наделал глупостей. Полина наступила ему на левую руку, я на правую.

Скоротечный бой закончился так же неожиданно, как и начался.

— Попался, гусь, — хмуро говорю я, оглядывая проем — не покажутся ли еще желающие пострелять.

Кажется нет. Пусто. Только в самом конце коридора виднеются испуганные физиономии персонала.

— Что с ним? Пеленать? Блокиратор до сих пор действует, не могу творить чары, — сказала Полина.

Мда, неплохой фокус с бутылками, заполненными раствором нейтрализатора. Немного взрывчатки, нужный реагент и смесь переходит в газообразное состояние, накрывая неплохую по площади зону.

Хорошо еще на остатках запаса продержалась боевая ипостась, преобразовывать энергию во внешние формы структурированных чар уже бы не получилось. Как отрезало, потому и пришлось идти в рукопашку.

— Свяжем, — подумав, решил я. И кивнул на торчащий из стены шнур от лампы. — А ты не дергайся, если хочешь остаться при конечностях. Понял?

Я мрачно посмотрел на захваченного живьем, рядом с его предплечьем качнулось лезвие боевого шеста Полины, показывая серьезность наших намерений. Будет валять дурака — мигом проведем ампутацию всего ненужного. В конечном счете, нам лишь нужна его голова и язык.

— И да снизойдет он на землю в образе святого воителя, — горячо зашептал пленный. — И встанут рядом с ним плечом к плечу все достойные. И познают Его гнев те, кто отвергал имя Его.

Полина с недоумением покосилась на меня. Я тоже ничего не понимал.

— Ты чего несешь, кретин? Ты хоть понимаешь, в какой заднице оказался? Массовое убийство. За это автоматом петля.

— И веруют в него истинные последователи святого пути. — с фанатичным блеском в глазах продолжал террорист. — И отвергнут они скверну, что поразила мир своим присутствием.

Я слушал, удивленно приподняв брови.

— Это что-то новенькое.

— И гореть всем сатанинским отродьям в геенне огненной! — сипло закончил магоборец.

Я широко ухмыльнулся.

— Сатанинские отродья — это видимо мы с тобой, — изрек я.

Полина хмуро на меня посмотрела.

— Достал, — шест в ее руках ловко крутанулся, взлетел вверх и обрушился на голову бандита. В последнюю секунду острое лезвие на кончике трансформировалось в сглаженный набалдашник.