– Не я это! Делать мне больше нечего, ее пугать! Да мне на нее уже давно плевать! Как и на них всех! Это Алиса знала о том, что Вилар боится бабочек, и Алиса тогда подговорила всех напугать ее в раздевалке!

– А надо было напугать тебя! – рявкнула она. – Тем более что это несложно, ты даже когда моргаешь, темноты пугаешься!

– Дура!

– Заткнитесь! – рявкнул Джер.

– Кто тут рот открыл? – Гийом полез защищать подружку. – Тебе вообще лучше не вякать, а не то вернешься в дыру, из которой вылез.

– МОЛЧАТЬ! – гаркнули тренер и Дориан одновременно.

– Господин Матье, идите… – Блэк задумался. – Пируэты покатайте. Свежий воздух полезен для здоровья.

Тренер, как и мы все, понял, что его отправили погулять, дабы не грел уши. Еще немного попыхтев, он не стал дергать громодрыха за рога и укатил фигурничать. А Дориан смерил нас долгим мрачным взглядом и произнес:

– Значит, так. Я делаю предупреждение один раз. Вы можете ненавидеть друг друга, во снах представлять, как приносите цветочки на могилки бывших товарищей, но пока круиз не закончен, вы не смеете друг другу вредить. Это было предупреждение. Еще один инцидент – и последствия будут необратимые. Я не собираюсь нянькаться с вами всю дорогу. Осталось четыре дня, и после мы с вами навсегда расстанемся. Всем ясно?

Раздалось нестройное согласие. Я украдкой косилась на всех остальных, пытаясь понять, кто мог подсунуть мне иллюзию бабочки, но что-то не сходилось.

Во-первых, это какая-то гадость без гарантии, я ведь могла и не пойти за ходунками. Во-вторых, эта гадость – из прошлого века, с бабочками шутка уже была. В-третьих, мне казалось, ненависть в преддверии расставания сбавила обороты. Ну и, в-четвертых, Дориан как-то быстро отказался от допроса, что тоже было подозрительно.

– Сейчас тренер вернет вас на корабль, и только попробуйте учудить что-то по дороге! Остаток дня вы будете кроткими, милыми и культурными. Напоминаю, что потасовка на дегустации амброзии – повод для международного скандала, и Чартар не упустит случая выбить себе кучу компенсаций. Вы потеряете всякие шансы на карьеру, если допустите ошибку. Это понятно?

– Да, – вздохнули мы.

– Тогда приятного дня.

Дориан повернулся ко мне:

– Ты жива?

Осторожно кивнув, я отставила в сторону остывшее какао. Воспоминание о мерзкой мохнатой бабочке еще отзывалось дрожью. Ненавижу бабочек!

– Бабочек? – расхохоталась Лорен. – Ты боишься бабочек?

– А что? – Я пожала плечами. – Они довольно жуткие.

– Все считают их красивыми.

– Ты видела их мохнатое тельце? А усики? А крылья? Меня передергивает, когда я вспоминаю ощущение, как бабочка бьется у тебя в ладонях.