— Значит, нужно терпеть, — озвучил Лис и так очевидное. — Поднесет нас к высокому берегу, попробуем еще разок прыгнуть.

— Холодно, — простонал Гайрах. — Как же холодно…

Ночь давно вступила в свои права. Ближний берег превратился в размытую темную полосу, дальний пропал совсем. Они плыли, и плыли, и плыли. Ну, как плыли — течение само несло пузырь вместе со всем, что находилось внутри, а люди просто удерживались на плаву. Трой, никому другому не доверяя подобное, висел на застывшем над самой водой летуне, аккуратно обхватив камень пальцами. Арил, закинув одну руку Тигру на плечо, другой поддерживал под голову повернувшегося к нему спиной Райха. Тот, в отличии от самого Лиса, уже перестал трястись и лишь изредка вздрагивал. Похоже, Гайрах все-таки смог заснуть.

Клонило в сон и Арила. Сильно клонило. Если бы не продирающий до костей холод, от которого зубы парня отбывали частую дробь, он бы тоже уснул. И как только Трой еще держится? Тигра тоже трясет и устал он, поди, не меньше, а растопыренные пальцы упрямо сжимают камень. Он ведь еще и свет прячет, чтобы с берега видно не было.

Арил давно бросил думать о предстоящем. Чтобы найти выход из их безвыходного положения требовалось очистить сознание от всего лишнего: от треклятого холода, от урчания в животе, от безумной усталости и боли в раскалывающейся голове. Сейчас сделать это возможности все равно не было. На разговоры тем более не осталось сил. Приходилось бороться со сном при помощи воспоминаний.

Перед внутренним взором Арила вставали то отец с матерью, то вредины-сестры, то старые друзья по роду, то новые из компании победителей состязаний. Где они сейчас все? Как они? Живы ли? Помнят ли про него-потеряшку? Если Ралат уцелел в ту грозу, должны думать, что мертв юный Лис. Мать, небось, реки слез пролила, а уж Лайна с Юнкой… Но ничего, зато сами живы. Погорюют и успокоятся. Время — надежный лекарь. Младшего братишку Талима, что на четвертом году в ручье утоп, забыли и его забудут, коли не судьба ему из беды этой выпутаться. Северный мир в том поможет — столько нового, небось, столько радостного. И как оно там? Бескрайние поляны, леса, реки, озера…

Лис закашлялся. Рука сползла с плеча Троя, и он лицом клюнул воду. Заснул что ли? Заснул!

Арил заметался, обдавая брызгами Тигра.

— Ты чего? — вымученно просипел тот.

— Гггайрах! — еле двигая задубевшими челюстями промычал Лис. — Упппустил его! Зассснул!

— Сука! — ругнулся не то в пустоту, не то лично на родича Трой. — Ныряй. Не хочу огонек открывать. Столько прятал.

Арил поглубже вдохнул и погрузился под воду. Искать долго не требовалось. В тесной скорлупе пузыря дальше дна не сбежишь. Там, в нижней точке наполовину затопленного шара, он его и нашел. Удерживаемый своим хваленым, полным жрачки мешком, Гайрах неподвижно лежал на изогнутой поверхности пузыря. Лис нащупал подмышки Райха и, подхватив его, оттолкнулся ногами от дна.