Интересно, кем трудится папа именинницы? Мама-то, скорее всего, сбоку припёка, не удивлюсь, если она вообще домохозяйка. И что-то мне подсказывало, что, несмотря на внешние данные Нины Андреевны, брак, скорее всего, был по расчёту.

Центральное место в гостиной занимал уставленный снедью стол. Вроде бы недавно перекусил макаронами с сарделькой, а при виде этого изобилия чуть ли не слюни потекли. Несколько видов салата, овощная, рыбная и мясная нарезка, на большой тарелке кружочки самой разнообразной колбасы, в том числе из дефицитного сервелата, маринованные грибочки — в одной вазе в сметане, в другой — в растительном масле с зеленью. Бутерброды с красной икрой на масле и красной рыбой. На отдельном сервировочном столике стоят напитки и фрукты, включая порезанную тонкими ломтиками дыню. Из напитков, доступных моему взору — пара бутылок шампанского, водка, бутылка коньяка, сок в кувшине, несколько бутылок лимонада.

На самом деле сидящий внутри меня 58-летний мужик на всё это поглядывал со здоровой долей скепсиса. Это сейчас стенка, аппаратура, изобилие на столе кажутся чем-то недостижимым для обычного советского гражданина, а пройдёт лет двадцать, пусть тридцать, и та же стенка у обычного россиянина будет вызывать лишь кривую усмешку. Да и деликатесы в свободной продаже появятся такие, о которых те же Козыревы даже и не слышали, только плати… Но пока я в современных реалиях, приходится с ней мириться и под неё подстраиваться. Тем более что вид всяких вкусностей и впрямь вызвал у меня обильное слюноотделение.

За столом уже сидят гости, в том числе один пожилой дядька довольно сурового вида с орденскими планками на лацкане пиджака и пара девчонок примерно в возрасте именинницы — наверное, те самые подруги, они и правда в туфельках. Ещё несколько стульев свободны.

Пол покрыт ворсистым ковром и ногам не холодно, но всё равно на фоне присутствующих я выделяюсь своими серыми носками (к счастью, не дырявыми), хочется поскорее спрятать ноги куда-нибудь, например, под стол. Блин, надо было тапочки из дома захватить, не догадался.

— Знакомьтесь, это Максим, тот самый! Садись, Максим, будешь сидеть рядом с Ингой.

Нина Андреевна подталкивает меня к столу, но навстречу уже спешит Михаил Борисович.

— О-о, а вот и спаситель моей дочери!

Он жмёт мне руку, и обращается к народу:

— Тут все уже знают о твоём подвиге, вон и вчерашняя газета с заметкой пошла по рукам.

И впрямь, замечаю в руках одного из гостей свежий номер «МЛ», и все смотрят на меня с интересом и изучающе, словно студенты медфака на препарируемую лягушку. Стало даже как-то немного неудобно.