— Я пришла отдохнуть с подругой! Я не знала, что ты притащишься сюда с этой! — последнее слово я выделаю и специально кривлю лицо. Из моих глаз брызгают слезы обиды и злости, — Чего тебе еще надо, Влад? Деньги у тебя, статус при тебе, перед друзьями ты отчитался. Зачем ты трогаешь меня, м?!
— Затем, что ты моя, Марьяна, — выдыхает он прямо мне в губы, и его глаза опасно сужаются. В его голосе прорезаются те самые мажорские, эгоистичные интонации, от которых у меня по коже пробегают мурашки.
— Да ты больной! — с моих губ срывается нервная усмешка.
Это и вправду похоже на бред больного человека. Хотя, Влад таковым и является, иначе я не знаю как объяснить его действия.
— Была и будешь моей, усекла? — цедит сквозь зубы, — И никакой ублюдок, с которым ты трахаешься, этого не изменит.
Я замираю, ошеломленная его словами. Мой дикий, непонимающий взгляд заставляет его зрачки расшириться еще сильнее. После оцепенения на меня накатывает еще большая волна ярости и я отвешиваю ему звонкую пощечину.
Его горячие губы обжигают, сминают мои в диком, яростном поцелуе, от которого у меня начинает кружиться голова. Влад целует меня так, словно пытается присвоить, забрать себе, выжечь из памяти все то плохое, что случилось между нами в последние две проклятые недели.
Я пытаюсь сопротивляться. Правда, пытаюсь! Упираюсь ладонями в его стальную грудь, но тело предательски плавится под его напором, под его внезапным натиском. Гордость и здравый смысл истошно кричат: «Остановись! Приди в себя, не будь дурой!», а сердце глухо выстукивает: «Еще хотя бы секундочку. Пожалуйста, еще хотя бы одну секундочку».
Я таю в его сильных руках, как мороженое на солнце, растворяюсь в этом обжигающем, но чертовски неправильном чувстве. На одну безумную секунду я действительно забываю обо всем: о предательстве, о споре, о двух неделях ада после его предательства. Я просто слишком сильно по нему соскучилась. Конечно, это меня не оправдывает, но я ничего не могу с собой поделать.
Пальцы сами судорожно цепляются в ткань его черной рубашки, притягивая еще ближе. Майер издает глухой рык и буквально впечатывается в мое тело своим. Между нами не остается и миллиметра. Не понимаю откуда берутся силы, но я наконец отлепляю его большую фигуру от себя.
Шокированно вглядываюсь в его горящие глаза и не верю, что это все происходит со мной на самом деле. Может, я все еще сплю и этот момент всего-навсего один из моих снов? Но нет, это не сон. Я все же успела ущипнуть себя за бедро. Тайком, конечно же.
Внутренности горят огнем, тело начинает нереально потряхивать. Как я могу так поступить сама с собой? Но тело будто живет своей жизнью, отдельно от разума.