— Ну какие там разные цели, а? — вздохнув, задал я вопрос, казавшийся мне вполне риторическим. — Одна у нас тут у всех цель, не придумывай, пожалуйста!
Либанов поджал губы, скорчил пару непонятных гримас, а потом выдал:
— Цели разные. Совершенно. И я тебе уже говорил об этом, ты не помнишь просто. Они стоят за то, чтоб результатом исследований были более сильные одарённые. И результаты эти должны оставаться в Гильдии, неподконтрольной государству.
— А ты за государство, значит? ФСБ, если своими словами всё называть? — едко вставил я.
— Нет, — Либанов решительно мотнул головой. — Не государство, и не ФСБ, а люди. Все люди, понимаешь? Все 140 миллионов. И мы за то, чтобы найти что-то, пригодное для использования простыми людьми, неодарёнными.
Тут в бокс буквально вломилась Лина, спрятавшаяся за горой каких-то посудин на подносе.
— В любом случае, думаю, что пока для резких телодвижений ещё не время, — проговорил я, глядя, как Андрей вскочил со своего стула и помогает Рыжей разгрузиться.
В этот раз я нарвался капитально — уже три дня скучаю в медблоке, а анализы всё никак в норму не придут. Заняться нечем, Рыжая чего-то там мутит с Жорой, Либанов восстанавливает поголовье своего железа. Он уже дёргал и Лину, и Георгия на «тестовый прогон» — по их рассказам, сирена теперь еле слышно вякает, всегда одинаково, и светодиод поменяли на приятный бирюзовый. Забегают ко мне по несколько раз на дню, конечно… но всё равно — скука тут смертная.
Только Сергей постоянно где-то тусует — на тренировках с моими не появляется, говорят, пересекаются на уровне «привет — пока» только в столовой, и то — раз в день, от силы. Начинаю подозревать, что это «ж-ж-ж» неспроста, и Сергей решил как-то поучаствовать в грызне за власть в институте. Вот бы ещё узнать — на чьей стороне? Пока без резких телодвижений не получится: телефон у меня заботливо забрали врачи, «чтоб не создавать помех медоборудованию», я никуда выйти не могу — не пускают, а сам он не заходит. Пат.
Впрочем, сейчас это неактуально, что мне с того знания? Сделать-то я ничего не могу.
Хотел было материалы по источнику проштудировать ещё раз — так куда там, Рыжая моментом донесла лечащему, того чуть удар не хватил — примчался красный, глаза выпучены, хрипит: «Ни в коем разе! Даже не думайте! Только через мой труп!», — а я смотрю и думаю: шож вы так убиваетесь, ДедаВаня? Вы ж таки убьётесь, и кто тогда будет учить меня жизни⁈
Трудно было не засмеяться, но мысль тренироваться по-настоящему я из головы выкинул.
Но занятия от этого не появились! Сериалы обрыдли, читать нечего, да и неохота, выспался я, по-моему, на полгода вперёд, не меньше… Залёг на кровати и прикрыл глаза. «Я только посмотреть. Я ж ничего не де…»