Перед уроком я подошёл к Ольге и вкратце рассказал, что вчера вечером у меня наконец проявился телекинез. Промолчал про деда, про паралич и про все его методы. Просто сказал, что был стресс, и что–то щелкнуло.

Она внимательно слушала и кивала, скрестив руки на груди. Когда я закончил, она только сказала:

— Хорошо, Вань. Главное, что получилось. Я помню, как мне было плохо после первого дня… Хотя, я была еще ребенком… Ладно, давай тогда сегодня попробуем начать с листа.

Она не стала отчитывать за опоздание.

Сейчас я сидел и пялился на листок бумаги, что лежал передо мной на парте. Обычный белый листок А4. Задание было простое до безобразия: сдвинуть его телекинезом.

Семилетки вокруг уже давно это умели. Они левитировали ручки, книги, иногда даже стулья. А я вот сижу и пытаюсь сдвинуть листок.

Я закрыл глаза. Вспомнил, как вчера почувствовал внутри себя звезду. Тот самый центр силы, о котором дед орал три дня подряд.

Поискал его снова.

Где–то в груди. Глубоко. Тёплое пятно. Или холодное? Хрен его знает. Главное, что оно там было.

Ага, опять куча огоньков, но найти нужную звезду было уже проще. Она была ярче и… искрилась? Не знаю как объяснить.

Попробовал мысленно дотянуться до нее. Представил, как от этого пятна расходятся нити. Тонкие, почти невидимые. Попробовал направить их к листку.

Открыл глаза.

Листок лежал на месте.

Я сжал зубы. Попробовал ещё раз.

Закрыл глаза. Нашёл центр. Потянул нити к листку. Мысленно представил, как они его обхватывают, как поднимают.

Открыл глаза.

Листок чуть дернулся.

Сердце ухнуло от волнения! Работает!

Я уставился на листок, не отрывая взгляда. Снова нашёл это место в груди. Потянул сильнее.

Листок дернулся еще раз. Потом медленно, дрожа, начал подниматься.

Пот выступил на лбу. Руки сами собой вцепились в край парты и сильно сжали. Я чувствовал, как внутри что–то натягивается, словно резинка, которую тянут до предела.

Листок поднялся на пару сантиметров над партой и завис. Потом задрожал в воздухе.

Я сидел, не дыша, чувствуя, как пот заливает глаза. Руки тряслись. Всё тело напряглось так, что мышцы заныли.

— Иван, — раздался голос Ольги.

Я не мог ответить. Боялся, что если открою рот, всё развалится.

— Ваня, ты молодец, — сказала она спокойно. — Отличный результат!.

Листок упал на парту.

Я вскочил с места, вскинул руки вверх и заорал:

— ДА! ВИДЕЛИ КАК НАДО⁈

Класс взорвался улюлюканьем. Семилетки застучали по партам, засвистели, захлопали.

— Ваня смог!

— У него получилось!

— Дядя не идиот! Дядя просто старый!

Я стоял, тяжело дыша, с поднятыми руками, как боксер после нокаута. Пот капал с подбородка на парту. Руки все еще тряслись.