Вдруг к тюремной камере подошли люди…
— кряц~
Дверь отворилась, и внутрь вошла белокурая девушка, от лика которой тигр замер. Она казалась такой очаровательной, что он чуть ли не забыл своё имя.
«П-привет, меня зовут Марина. Кён сказал, что я могу доверить тебе свою защиту…»
«Та самая Марина?» — глаза Рычальдуса расширились, а сердце забилось чаще. Надежда вновь расцвела в душе. Вдруг вспомнив, насколько Марина важна, тигр испуганно попятился назад, боясь случайно всё испортить из-за того, что он большой и страшный тигр.
«Не бойся. Пошли за мной.» — Марина, увидев реакцию тигра, сразу успокоилась. Она проводила зверя наверх и поселила в одной из роскошных комнат во дворце.
«Рычальдус будет тут зыть?» — тигр недоверчиво озирался.
«Располагайся, Рычальдус.» — Марина сняла с тигра ошейник и обеспокоенно произнесла. — «Ты выглядишь таким уставшим и истощённым… Наверное, проголодался?» — спросила девушка и, не дожидаясь ответа, ускакала и вскоре принесла огромный поднос с бараньей шейкой, а затем ещё налила в широкую тарелку молока.
Тигр тут же всё вылакал. Ему налили ещё, а он и это вылакал с огромным желанием, затем приступил к мясу. Оно оказалось настолько сочным и вкусным, что у усатого заиграло мурчало, а ел он с полусомкнутыми глазами от удовольствия.
Марина не сдержалась и погладила мурлыкающего высшего зверя.
Жадно проглотив последний кусок мяса, Рычальдус произнёс: «Вы хороший человек. Я хотю вас защищать.» — почему-то от этой девушки исходило умиротворение и тепло. Совсем не казалось, что она человек, которых он презирал в силу своего воспитания. Она больше походила на богиню всепрощения и милости.
Из глаз Марины почему-то полились слёзы. Она не понимала, почему именно.
«Скажи мне, человечишка, не спроста ли у меня предчувствие, что ты оказываешь дурное влияние на мою императрицу — альфу всея леса?» — холодно спросил Илдун.
Свита короля тоже хотела получить ответ. Они заметили, что императрица Гера начала вести себя странно с тех пор, как у неё появился человек в роли главы гарема, например, запретила водить питомцев, употреблять разумных существ в пищу и использовать их в качестве рабского труда, а недавно и вовсе начала защищать Розаррио, откуда Кён родом, и вести себя как-то по-человечески, что ли.
«Думаю, я ей просто нравлюсь, как самец, вот она и пытается мне угодить.»
«Угодить? Человеку⁈» — Илдун выпустил жажду крови. С одной стороны, ответ ненавистного поганца означает, что он делает это ненамеренно, то есть без злого умысла, но с другой, что он всё-таки оказывает дурное влияние на императрицу! А к любому человеческому влиянию высшие звери относились с предельной осторожностью.