— Хорошо. Принято. Вот тебе ссылка на счет Братства. Пока это депозит. Деньги до голосования сможешь забрать в любой момент.

— Сделано.

— Давай теперь с другими иди, договаривайся.

— Как раз Бродяги и ждут в общем зале, сразу перетрем вопрос. Уже третий раз пишут: «Ты где?».

— Удачи, Марти. Смотри по сторонам!

— Обязательно.

Отыскав экипаж «Бродяги» в общем зале, он застал их за просмотром интервью с «единственным уцелевшим членом команды» на одном из популярных каналов Ганзы. Гена, заметив Вахрамеева, даже приостановил трансляцию и, хитро подмигнув, сказал:

— Приземляйся. Наша общая знакомая вещает на все Запределье. Восходящая звезда. Только в Сети появилось. Ты уже смотрел?

— Нет, не успел еще.

— Тогда присоединяйся.

Первое, на что он обратил внимание, плюхнувшись на диван, это роскошный вид девушки. Видимо, выбирая, в каком облике предстать — суровой воздухоплавательницы и покорительницы просторов Запределья в опаленном огнем комбезе или изысканной леди в стильном наряде, девушка не смогла устоять перед соблазном и теперь красовалась перед камерами полуобнаженными стройными ножками в изящных туфельках. Весь ее облик буквально кричал — дорого-богато. Но без единого намека на дурновкусие. Одним словом, за внешний вид ей по шкале самого Вахрамеева следовало дать твердые десять из десяти.

Рассказ об основных событиях к этому моменту подошел к концу. Настала очередь вопросов. Впрочем, особых сложностей ведущий Розе не создавал, сам напирая на неспровоцированность атаки, с одной стороны, ее жестокость и бесчеловечность, с другой, и на последствия для рынка — с третьей. Слово аструм звучало регулярно. И выходило так, что виной всему даже не имперская агрессия, а жадность и непродуманность политики корпорации Мертон. И факт увольнения Бакановой из корпорации смотрелся еще одним тому подтверждением.

С другой стороны, Март отлично знал, что Роза и партийцы мутили за спинами рахдонитов свои темы и допускал, что именно подозрения в ее адрес (вызванные неувязками в показаниях) могли привести к такому итогу. Но Мертону не имелось никакой выгоды самому заявлять против себя. Ведь допустить работу контрабандистов на борту твоего мегалайнера — ну никак не украшает.

Роза, уже в роли вольного агента и обиженки, бойко накидывала на вентилятор, предпочитая недомолвки и намеки, с очевидным расчетом на продолжение банкета, то есть новые интервью и громкие разоблачения. Она поймала удачу за хвост и хотела задержаться в медийном поле как можно дольше, заполучив себе звездный статус.

Еще Вахрамеев понял, что у Мертонов хватает оппонентов, жаждущих ниспровергнуть былое величие. «Натурально павианы, ослабел самец, и все сразу кидаются рвать его на куски… высокие отношения… Очевидно, монополия на поставки Груза с Пампы и нежелание делиться барышами давно напрягала других крупных игроков. Не зря Шурави в эту партию кристаллов так вцепился. А теперь все ништяки у черных, они будут играть первую скрипку в оркестре. И никаких даже самых завуалированных намеков на войну. Так, частный случай, стычка».