Роботакси, довезя Вальдова до границы Ямы, остановилось и категорически отказалось ехать дальше.

— В пределах Ямы страховка не действует. Въезд запрещен, — в ответ на все требования Манфреда упорно твердил голос бортового вычислителя.

Делать нечего. Пришлось расплатиться и идти дальше пешком. Прямо перед ним висел щит с объявлением: «Внимание! Опасная зона! Территория вне закона! Не входи, если безоружен!»

Быстро смеркалось. Узкую улочку окружали невысокие, изрядно облезлые дома. И повсюду светились яркие, броские вывески. Бордели, оружейные лавки с палеными стволами, аптеки, открыто торгующие всеми запрещенными и незаконными в Запределье препаратами, экзотические животные, скупка и продажа краденного и награбленного по всем мирам, взломанный софт и оборудование, поддельные документы и хакерские программы, а то и услуги самих хакеров, действующих через местных посредников. И, конечно же, услуги. Все, что угодно. От чистки ботинок до отрезания голов и геноцида целых планет. Лишь бы у заказчика хватило денег на такую затею. Здесь скрывались многие преступники, за которых в других мирах была назначена награда.

Район не был для них гарантией безопасности. Сюда мог зайти любой и просто убить. Но имелись и ограничения, установленные властями Гаваны в эксклаве. Здесь не действовали законы города. Об этом его предупредила и надпись при входе. И несмотря на все ужасы, улочки Ямы оказались полны народа. Повсюду царила дичайшая бедность. Очевидно, у кого хватало средств, старались покинуть квартал и поселиться в более респектабельных местах. А здесь царили грубые нравы.

Его целью был кабак с ироничным названием на испанском «Фондо де Терралленде», то есть «Дно Запределья». Видимо, так оно и было. Дальше опускаться просто некуда. За то время, пока Вальдов, с любопытством озираясь по сторонам, пробирался к центру района, где и находилось «Дно», ему несколько раз успели предложить шмаль, один не слишком ловкий паренек попытался обчистить его карманы, за что получил увесистого пинка по ребрам, так что те ощутимо хрустнули, ломаясь, и укатился куда-то в темень подворотни с побелевшим от боли лицом.

Наконец, он добрался до места. Встретил его висящий на толстой веревке весело скалящийся мертвец. Впрочем, судя по всему, это был муляж, а не настоящий повешенный. Но что и говорить, выглядело это крайне натурально. Манни был достаточно образован, чтобы помнить цитату из Шекспировской «Бури»: «Кому суждено быть повешенным, тот не утонет». Видимо, для местных завсегдатаев в этих словах таился своеобразный черный юмор. Обстановка так подействовала на него, что, переступая порог заведения, Вальдов с умным видом пробормотал, вспомнив еще одну цитату из классики.