Я нащупал психометку. Сейчас она работала только как маячок, но большего мне и не требовалось.

Получив сведения о местонахождении раненого похитителя, я встал со скамейки и поспешил к аэробайку. Одна нога здесь — другая там. Слетаю, задам парочку вопросов и выясню, кто меня преследует. Агент не ждёт меня и станет лёгкой добычей. Из чужой памяти начали выплывать сведения. Александр Кривонос, бывший спецназовец.

Да, решено! Иначе рискую упустить его. А это слишком расточительно.

Раненый находится в двух десятках километров от академии. Домчусь туда примерно за полчаса.

Проложив в навигаторе маршрут, я полетел над машинами, стараясь не терять связь с психометкой. Объект оставался на месте. Ему требовалась медицинская помощь. Значит, он либо у врача, либо ждёт его. Возможно, ему эту самую помощь уже оказывают.

Выбравшись за город, я понёсся над шоссе, пока навигатор не потребовал свернуть вправо, на грунтовую дорогу. По обе стороны возвышались деревья, чьи кроны почти смыкались надо мной, создавая подобие зелёного тоннеля.

Вскоре впереди показался шлагбаум, и я сбросил скорость. Затем выключил авиарежим, и байк опустился на землю, мягко покатив по гравию.

Из-за деревьев показались белые стены четырёхэтажного здания. А затем стала видна большая вывеска: «Заря коммунизма». Чуть ниже имелось пояснение: «Пансионат». Так вот, где придётся искать моего преследователя… Интересно.

Ломиться через главный вход не хотелось. Так что перед шлагбаумом я свернул, прокатился мимо дощатой ограды, над которой свисали ветки яблонь и рябины, и остановился метрах в двухстах от ворот. Припарковал аэробайк в тенёчке и подошёл к забору.

Тишина. Благодать. Рай для отдыхающего советского труженика или пенсионера. Странное место для спецагента. Но психометка не оставляла сомнений: объект находился именно здесь.

Поглядев по сторонам, я легко перемахнул ограждение и приземлился на корточки в густую, высокую траву.

Где-то над головой, невидимая в кронах деревьев, щебетала птица. Издалека доносилась ритмичная музыка. Ладно, вперёд!

Пробираться сквозь заросли пришлось недолго: уже через десять минут я вышел на извилистую дорожку со скамейками, укрытыми пластиковыми гофрированными козырьками. Справа виднелась белая статуя девочки-пионерки. Чуть дальше была ещё одна — трое детишек застыли с воздетыми к голубому небу венками в руках.

По дорожке на расстоянии друг от друга прогуливалось человек двенадцать. Кто один, кто по двое, а кто и целыми семьями. По стриженым лужайкам с восторженным повизгиванием носились три мелких пёселя.