— В ближайшее время узнаю насчет скважины, и, если никаких подводных камней не обнаружится, то меня все устраивает. Я звоню вам, мы находим нотариуса, вы получаете задаток, мы обязуемся провести сделку в этом году, потому что прямо сейчас денег на руках нет, появятся они 27–28 декабря.

Это будет начало недели, как раз акции «МММ» должны подняться в цене, и я выгадаю минимум шестьсот тысяч.

Надежда округлила глаза и невольно улыбнулась — до последнего думала, что я сольюсь. Она и сейчас до конца не верила, что покупатель нашелся так быстро, думала, мне просто неудобно ей отказывать, и я собрался по-тихому соскочить.

— Меня и правда все устраивает, — попытался утешить ее я. — Просто я только что с похорон, одноклассник погиб. Второго ровесника хороню за пару месяцев, так быть не должно. Чтобы вы не волновались, вот мой телефон. — Я протянул заранее написанный на бумажке номер. — Услуги нотариуса оплачиваем пятьдесят на пятьдесят. Что такое задаток, знаете?

Надежда кивнула и закинула удочку:

— А если просто расписку?

— В наше время — нет, — отрезал я. — Если не хотите лишних расходов, просто поверьте мне на слово. Как поступим?

Надежда задумалась, потерла подбородок, посмотрела на меня.

— А сколько стоят услуги нотариуса?

— Сможете узнать? — спросил я. — Все-таки вы ближе к цивилизации.

— Хорошо. Позвоню, как только выясню, все будет зависеть от суммы, которую он запросит.

— Давайте провожу вас на остановку, — предложил я.

Всю дорогу мы говорили об урагане, Надежда жаловалась, что после исчезновения мужа ей с двумя детьми сложно сводить концы с концами, а ко мне снова вернулись мрачные мысли, что, не желая того, я делаю хуже. Понятно, что это не так, Барик искал свою смерть и нашел ее, но в чем виновата его мать? Старушка эта, рыдавшая на его гробу?

Судьба отвела им роль статистов, тех самых щепок, которые летят, когда рубят лес. А пила-то в моих руках!

Простояли мы с Надеждой на остановке минут десять — одно удовольствие находиться на улице, когда тепло! Солнце почти справилось с сосульками, снег остался только в затененных канавах. Деревья облепили расчирикавшиеся воробьи, а горлица переворачивала шелуху от семечек на обочине в поисках еды. Надежда побежала к ларьку Райко, купила полбулки хлеба и принялась кормить птиц, приговаривая:

— Бедные, оголодали за зиму. А погибло их сколько! Прямо под крышами замерзали, а сегодня окоченевшие тушки оттаяли и выпали… Ой, автобус едет!

Сыпанув слетевшимся воробьям крошек, она посмотрела на меня с надеждой.

— Когда тебе позвонить?

— Во вторник, попытаюсь узнать про воду, а вы узнайте, сколько денег хочет нотариус.