Поэтому мы «припарковали» любимое детище сэра Иезекииля в одном из портов Северной Африки, где вообще можно было «парковать» что угодно.
Я тут же набрал Демона и приказал отправить моих диверсантов на «Шоггот». Сейчас там находились исключительно подводники, нанятые для этих целей удалённо через рептилоидов Ока. Собственно, рептилоиды всё сейчас и контролировали. Что касается Мусаева и Айвазяна, то они стоят целого отряда и могут положить врагов без особого напряжения. Так сказать, страховка от непредвиденных случаев.
Ольга, как и было запланировано, вышла на связь с британцем через десять минут. Джонс сообщил о переводе трёхсот миллионов на указанный счёт. Ждать пришлось недолго, учитывая приоритет клиентов, подобных британцу. Это вам не три банковских дня для простых смертных. Распоряжения «золотых» клиентов выполняются за считанные часы, а порой и минуты.
На мой счёт деньги капнули через полчаса. Сразу после этого Ольга передала слепок, полученный от Айвазяна. А также название порта и точные координаты расположения субмарины.
И снова — ожидание.
Через два часа сделка была полностью закрыта. Спецы Джонса прибыли на «Шоггот», банк перезвонил мне и сообщил о второй транзакции, мои люди распрощались с англичанами и покинули субмарину на арендованном катере. Прыгуны вернулись в имение сразу, подводники отправились тратить свои зарплаты, рептилоиды растворились в африканских трущобах.
Раздался звонок.
— Так нравится общение со мной? — уточняю у кашляющего Джонса.
— Хочу убедиться, что с моей тростью всё в порядке.
— Каким образом?
— Осмотри её, сбрось образ через своего телепата. После этого начнём переговоры о выкупе.
Грёбаные коллекционеры.
Всего лишь трость!
— Ладно, — я нехотя встал с кресла. — Ольга останется на связи.
Похоже, утро будет денежным.
Внутри Бродяги было много помещений, к которым не имели доступа мои соседи. Ни Фёдор, ни Джан. Ни, упаси Древние, прислуга. Я сразу настроил домоморфа таким образом, чтобы в эти комнаты он впускал только меня. Прежде всего это касалось арсенала, но были и места, в которых я держал непонятное либо трофейное оборудование.
Трость Джонса относилась к неисследованным трофеям.
И я до конца не решил, собираюсь ли её возвращать.
А всё потому, что от этой штуки веяло мощью. Матвеич и Пупкин не смогли определить, в чём секрет этого странного оружия. Бродяга заявил, что артефакт спящий и явно относится к новоделам. То есть, устройство находилось в пограничном режиме, ему требовалась активация. Чтобы что? И почему Джонс не включил эту штуку во время решающего боя со мной?