— Наконец-то! Настоящая еда!
Глаза моей смертной оболочки никак не хотели восстанавливаться, а Сандал показал лишь смутные очертания фигуры врага, к которой он стремительно приближался.
Мгновение и по каналу, что нас связывал, хлынул поток боли и ужаса, а сознание заполнил яростный рык дракона. Я же понял, что зрение точно не вернётся и потянулся к своей «искре». Решил убить моего дракона, Безднов отброс? Действительно думаешь, что стоит всего лишь сжечь мои глаза, как у тебя получится победить? Это ты зря!
Мьёльнир рвался в бой. Он тоже отлично чувствовал боль своего собрата по оружию и хотел помочь. Настолько, что едва не устремился вперёд сам — пришлось в буквальном смысле сдерживать его.
Я же пустил в дело мощь «искры». Не сдерживаясь и больше не пытаясь скрыть факт её наличия.
Пропитал пространство божественной силой. Рассеял её повсюду. Глаза смертной оболочки были выжжены. Настолько непонятным способом, что я не мог их восстановить — энергия просто проходила через плоть, не давая никакого результата.
Поэтому я сделал себе тысячи новых глаз. Каждая капля божественной мощи, висящая в пространстве, стала моей точкой обзора.
Это было не совсем привычно — потребовалось время, чтобы сфокусироваться и разобраться. К тому же, в сознание врывался поток боли Сандала. Безумный, яростный, скрежещущий по моему сознанию. Дракон взывал о помощи. А я, стиснув зубы так, что крошилась эмаль и треснула нижняя челюсть, ждал, пока стабилизируется моё «зрение». Бросаться в бой наобум, не видя ни противника, ни обстановки — верный путь к смерти. Как моей собственной, так и всех остальных.
Когда разум наконец получил картинку, я смог оценить ситуацию и разглядеть противника. Большой зеленокожий пузан, фигура которого расплывалась в воздухе. Внутри горели ядра, но они тоже то становились видимы, то исчезали. Да и в целом, его очертания были туманно-зыбкими. Нечёткими. Как будто передо мной не живое существо, а хитроумная иллюзия.
Но этот вариант был исключён — иллюзия не способна удерживать и рвать на куски призрачного дракона, одновременно пытаясь уничтожить канал, что связывал его со мной.
Значит, оставался второй вариант — плоть врага постоянно переходила из обычного состояние в призрачное и обратно. Какая-то часть его тела постоянно являлась призраком, а вторая половина — реальным существом. Либо, почти реальным — те элементы энергетической структуры, что порой ненадолго проявлялись, тоже выглядели необычными.
С такими врагами я ещё не сталкивался. Зато сражался с полноценными призраками. Их использовали парфянские божества, создавая из душ лучших воинов. Получались свирепые и мощные твари, наделённые разумом. Опасные противники, если не знать, как к ним подступится. После первого столкновения с ними, мы создали печать, которая должна была помочь.