Сандал замер на одном месте, вперившись взглядом в крепость. Я тоже ждал, приготовившись к возможному броску вниз.
Вот первая из призрачных бомб коснулась внешнего барьера. Прошла сквозь него, пролетела мимо небольшого, сплетённого из чистой энергии крылатого охранника и преодолела второй щит.
Я наблюдал, как бомбовый дождь последовательно минует слои защиты Абэ и внутри росло удивление. Если бы знал, что Олег окажется настолько эффективен, не стал бы ставить на его разум печать. Хотя, на тот момент я и предположить не мог, что энергетический каркас союзника превратится в источник отравы.
Тревоги не было. Всё так же кружили призрачные птицы и мерцали барьеры. Крепость оставалась спокойной.
Сам Олег, достигнув первого из внешних щитов, на момент притормозил. Как мне показалось, посмотрел наверх. Хотя, с такого расстояния было сложно разобрать детали.
В конце концов, двинулся дальше. А я вцепился в поручни кресла, ожидая реакции. Первый барьер. Второй. Третий. Он проходил один за другим, а гарнизон всё ещё не бил тревогу. Либо это одна из самых хитроумных ловушек в истории, либо всё получилось.
Дальше оставалось только ждать. Это был член свиты, а не мой спутник. К тому же, я специально истончил нить связи до минимума. Фактически разорвал контакт с его разумом, чтобы защитные барьеры не почувствовали божественной мощи.
Конечно, Абэ располагали лишь доступом к жреческой силе. А она не шла ни в какое сравнение с мощью моей «искры». Но я помнил про ту каплю энергии Аматэрасу, при помощи которой был создан конструкт. Поэтому предполагал, что они могли найти способ использовать силу богини и для защиты крепости.
Но ожидания не оправдались. Либо у японцев не было необходимых техник, либо они просто не настолько хорошо умели управлять с божественной мощью. Как вариант — вовсе работали с проверенными и хорошо известными комплексами, которые достались им в незапамятные времена. Не изучая ничего нового и постепенно забывая часть уже известного старого.
Ожидание затягивалось. Сейчас я не видел ни самого Олега, ни очертания призрачных бомб, которые он должен был распределять по территории вражеской твердыни — мерцающие щиты мешали обзору, давая рассмотреть лишь общие энергетические контуры.
Одна за другой тянулись минуты. Самолёт пошёл на следующий круг. Казалось, что новоиспечённый Чжень-у возится слишком долго. И невольно закрадывались мысли, что он угодил в ловушку.
А потом внизу разверзлось пекло.
Я прекрасно понимал, что пятьдесят полутонных бомб, каждая из которых накачана мощью иномирового духа, при одновременной детонации, должны создать серьёзный эффект. Но не предполагал, что он будет настолько масштабным.