- Не всего, - улыбнулся Сергей. – Только его душу. Причем вполне добровольно.

- Я не знаю, как это делается, - честно призналась женщина.

- Так спроси у родственницы, - уперевшись рукам в свои колени, приблизился к ней Сергей. – Наверняка есть какой-то способ. Заклинание, обряд… Я не знаю, что там у вас, гадалок, имеется в арсенале. Но прошу, Наталья, отправь меня на тот свет.

- А тело куда? – неуверенно спросила та.

- Нет тела, нет дела, - рассмеялся Сергей.

- Я серьезно, - с обидой в голосе сказала Наталья. – Допустим, мне каким-то образом удастся твое сознание переместить туда… Ну, на ту сторону…

- В Навь, - улыбнулся Сергей. – Я уже привык к этому слову.

- Да, - неуверенно согласилась Наталья. – В Навь. Но сколько ты там пробудешь? Ты что, все то время, что будешь сознанием находиться там, телом будешь просто лежать здесь?

- Ты живешь одна? – спросил Сергей.

- Нет, - ответила женщина, - то есть, да… Дочка на выходные только приезжает. Учится.

- Вот и объяснишь наследнице, что к чему, - по-прежнему с улыбкой говорил тот. – А то Святославовна уж больно волнуется: не прервется ли ваш род колдовской.

- А если ты умрешь? – серьезно задумалась Наталья и уставилась на Сергея. – Меня же посадят.

- Вот, держи, - Сергей передал Наталье сложенный лист бумаги. Это письмо для моей матери. Можешь прочесть его, ничего криминального там нет. Там я говорю, что приехал к гадалке, чтобы попробовать решить вопрос с сыном… Но не говорю, как именно я планирую это сделать. Если пролежу тут слишком долго… Звони ей. Ее номер найдешь в моем телефоне. Он не заблокирован. Если возникнут проблемы… Наша с тобой переписка сохранена. К тебе претензий никаких быть не должно. К тому же сегодня я добровольно покинул больницу. Скажешь, что приехал клиент, что да как – не знаешь. Просил помочь спасти больного сына, а сам упал и отключился.

- Я отказываюсь, - сказала вдруг Наталья, протягивая Сергею куклу. – Мне так рисковать не за чем. Забирай свои деньги и уходи.

Сергей тяжело вздохнул.

- Ты даже не попробуешь? – спросил он с отчаянием в голосе. – Пойми: у нее, - он указал на куклу, - мой сын. Там. В Нави. Среди той нежити и нечисти, что там обитает. Я провел там восемь дней. За это время меня пытались утопить, сожрать, закопать живьем, задушить, свести с ума. Из самого безобидного – это клюка старого упыря, который лупил ею меня по голове, после чего он прихорошился и сожрал ни в чем неповинную девушку, что притащил из мира живых. Наташ, Навь – не место для ребенка.

- Поэтому там и не может быть детей…