Однако моему совету начинать освоение языка с чтения толкового словаря не все последовали. Справедливости ради следует признать, что не менее эффективно оказалось осваивать язык и просто читая те книги, которые тебе были наиболее интересны на тот момент. Света, к примеру, решила не тратить свое время на чтение словаря, сразу погрузившись в ту гору книг, которые она насобирала за первый день знакомства с каталогом. А вот Крейна и Киррэт две недели корпели над словарем, не отвлекаясь ни на что больше, что было вполне адекватно их устремлениям охватить все разнообразие знаний, накопленных в этой библиотеке.
Шаурегу и Захару надо было только освежить свои знания языка древних магов и для этого годились любые книги, за которые бы они ни взялись. Эртана сразу погрузилась в тома, посвященные теории магии, а у нас с Теяно получился комбинированный подход — первые дни мы терпеливо «грызли» словарь, а потом нам это наскучило и мы переключились на то, что нам было больше интересно в тот момент. И если сравнивать эффективность разных подходов к освоению языка, то отличия мы особого не заметили — главным, что обеспечивало результат, стало чтение за столом, который выступал в роли переводчика и одновременно с этим записывал нам в мозги значение новых слов, если они нам встречались в тексте. А уж в каком порядке мы набирали эту критическую массу словарного запаса, обеспечивающую нам способность бегло читать книги на древнем языке даже вне Башни — это по большому счету не имело особого значения. Как бы то ни было, но через два-три месяца каждый из нас, активно работающих с библиотекой, уже спокойно мог брать с собой книги домой и читать их так же быстро, как это происходит обычно у любого человека при чтении беллетристики на родном языке.
Мы довольно быстро поняли, что чудо-стол в своем обучении нас языку древних магов никак не зависит от того, на каком языке мы разговариваем или думаем. Поначалу мы задавались вопросом о том, как стол может нам помогать, если он не знает русского языка, являющегося, к примеру, для Киррэта единственным. Но затем сошлись на том, что искусственный интеллект, заложенный в стол, взаимодействует с нашим разумом напрямую, не используя слова нашего рабочего языка.
В эти месяцы я практически полностью отошел от участия во всех, скажем так, «внешних» делах: взаимодействие с континентом Техно; освоение заокеанских технических достижений; строительство новых летательных аппаратов, причем как магических, так и спроектированных на другом берегу; чистка местных элит от всевозможного человеческого «дерьма» — все это было сброшено на берков и наших магов, чему они были только рады. Я же сосредоточил свои усилия на двух основных направлениях — разбор завалов на месте городов древних магов и мое развитие как мага-артефактора. Конечно, бывали в моей жизни и временные увлечения чем-то еще, как, например, подзабытой персональной телепортацией.