Что касается мозга моего родного тела, то он был, если можно так выразиться, выключен. Я видел, что нервные клетки изредка все-таки вспыхивали, генерируя импульсы, но они не передавались дальше по цепочке через нейронные связи. Я проверил синапсы этих самых межклеточных связей и не нашел в них чего-либо неправильного, однако же они явно не пропускали через себя сигналы, о чем я и сообщил команде, занимавшейся оживлением моего родного тела.

— Синапсы внешне выглядят нормальными, но они почему-то не пропускают через себя импульсы. Сдается мне, что их надо насильственно «продувать». Для этого надо долго и упорно стимулировать электрическую активность нейронов.

— Да, мы тоже пришли к такому выводу, — вздохнул Михась. — Осталось решить, каким средствам отдать предпочтение — магическим или технологическим.

— Да тут и решать нечего! — раздраженно воскликнул Захар. — Вся эта проблема возникла из неправильной парадигмы сочетания несочетаемого! В нашей группе оказалось три биолога и два мага жизни, из-за чего биологи задавили магов численностью.

— Нас же четверо⁈ — удивился Михась.

— А Света у вас за двоих, — понял я посыл Профа.

— В общем, вместо того, чтобы полностью отдать твое, Сергей, тело в руки магов жизни, так как магические средства исцеления показывают себя намного более эффективными по сравнению с медициной нашего мира, мы, биологи, захотели скомбинировать наши технологии с магией, — виноватым голосом начал объяснять Захар. — И вот результат — то ли возник конфликт двух разных начал, то ли мы, биологи, вошкаясь со своими технологиями, помешали магам своевременно провести критически важные процедуры. Поэтому теперь я, биолог, выступаю против использования технологий моего родного мира и голосую за то, чтобы ситуацию спасали исключительно маги жизни. Но решать тебе, Сергей, так как все-таки реанимировать предстоит твою тушку.

— Ясно, — вздохнул я. — Я согласен с Захаром. Шаурег, Света — берите все на себя. Я уверен, что у вас получится. А вам, Захар и Михась, пора возвращаться в Москву — там у нас пока многовато нерешенных вопросов.

— Сергей, помнишь я тебе рассказывал о том, как с Кавказа на кораблях возят большие партии налички? — спросил меня Вениамин.

— Ну да, помню.

— Вот как раз наши ребята детально проработали один из таких маршрутов и через день партия кэша, в которой не меньше ста лимонов зелени, прибудет по воде в Москву. Со стороны о перевозке больших денег никто даже и не догадывается — все выглядит как вполне цивильный речной туризм.

Для этих целей взяли обычный двухпалубный теплоход еще советской постройки. Кажется, проекта Дунай, 305, но это сейчас не так важно, поскольку его внутри так основательно переделали, что советские схемы и чертежи нам мало помогут. В самой середине теплохода сделан капитальный сейф объемом в несколько кубометров. Стенки у него наверное прочнее, чем лобовая броня у современных танков. Под это хранилище, думаю, корпус теплохода специально усиливать пришлось по центру.