Так Кацпер получил доступ к части информации о связи ордена с клириками теократии. А главное — имена вражеских контактов в его же анклаве. С этими осведомителями мне уже встретиться не выйдет — их теперь даже некромант не допросит.

Примерно через неделю после моего отъезда Кацпер получил официальное письмо из магистрата с требованием передать дела помощнику и явиться пред очи непосредственного начальства. Однако, не будучи идиотом, клерк написал ответное письмо, где и сообщил, что никак не может бросить анклав в такое тяжелое время.

При этом по всему Крэланду уже начали всплывать новые участники культа — как среди уже ушедших из ордена в аристократические семьи, так и находящиеся на службе Аркейна. Очередное массовое бегство искоренителей нанесло, пожалуй, сильнейший удар по силам ордена в королевстве — в одночасье магистрат оказался без зубов.

Оставшиеся верными Аркейну безжалостно истреблялись своими недавними коллегами. Заговор объединил больше половины управляющих анклавами в Крэланде. А так как связь с орденом держалась через них, никаких проблем с тем, чтобы обнаружить верных магистрату, не возникло.

И теперь, в довершении всего, когда я доставил Саломее почти сорок демонологов, чаша весов окончательно склонилась на сторону графини и ее товарищей. Так что Кацпер принял решение объявить о расколе официально — и раздал новую форму всем, кто присоединился к анклаву.

— Это не моя инициатива, — заканчивая рассказ, произнес он, выставив руки, будто оправдывался. — Кто-то разработал герб, а мы им только воспользовались. Сейчас по всему миру будут появляться искоренители в такой униформе, а жетоны будут скрываться. Подделать рисунок не выйдет — он защищен самой Марханой, и даже внести в него изменения нельзя. Это просто не в человеческих силах.

— Но договор у меня заключен с Аркейном, Кацпер, — покачал головой я, когда он замолчал. — И теперь, когда вы не являетесь частью ордена, как это все должно работать? Чем мы будем регулировать наши отношения, если прошлый договор недействителен? И это я молчу про то, что Аркейн имеет полное право прийти в Лесную и, потрясая копией подписанной мной бумаги, выставить вас всех вон.

Может быть, конечно, и не самый подходящий момент для урегулирования правовых вопросов, однако это моя земля, мои подданные и моя ответственность. Так что, как бы я ни сочувствовал культу Марханы, в первую очередь мне нужно думать о Чернотопье. И законность нахождения на его территории неофициального религиозного культа — повод к недовольству со стороны как королевского совета, так и братьев Райога.