Они отметили начало дружбы распитием трофейных лечебных эликсиров (запасливая гномка не поскупилась ради такого события), ритуальными расовыми танцами и распеванием на два голоса баллад гномов и дроу, обоюдно фальшивя (то, что все эльфы, независимо от цвета кожи, одинаково хорошо в пении и музицировании, наглая ложь). Нежить, не отличавшаяся, по замыслу разработчиков, особой сообразительностью, на сей раз предпочла благоразумно отсидеться у своих свежеразрытых могилок, и сделать вид, что не замечает творящегося совсем рядом вопиющего безобразия…

К счастью, эликсиры действовали недолго, и по-настоящему пьянящего эффекта не оказывали. Прикупить же вина или эля ни одна из горе-воительниц не додумалась, все-таки обе были бережливы до скаредности. Как выяснилось, квест на скелетов делился, несмотря на то, что по требованиям Маська не проходила: чистокровная гнома начала свой путь в горном форте.

Для разминки парочка раскидала ближайшую группу нежити, подивившись легкости убиения. Правда, потом действо пришлось прервать: Хэйт загибалась со смеху. Причина была в гномке… Точнее, в ее выкриках во время боя.

Навыки воинов активировались голосовыми командами. Имелся и другой путь: наносить удары в соответствии с задуманной комбинацией, то есть с учетом замаха, положения оружия и прочих условий. Без подготовки в реальном мире молодые мечники, копьеносцы, кинжальщики, словом все «физики», в Тионэе вынуждены были полагаться на голос. Это понижало эффективность, но в дальнейшем развивало: тело, хоть и виртуальное, запоминало порядок действий, нагрузку на те или иные группы мышц, скорость и требуемое усилие.

Гномы-добытчики, кроме прочих классовых умений, обладали навыками поиска скрытой добычи и последующего ее извлечения (из трупа). Массакре, проявив недюжинную смекалку, переименовала команды для этих навыков. Теперь, перед тем, как выписать крестообразную фигуру по коже или одежде монстра (в конкретном случае — по косточкам) лезвием топора, гномка выкрикивала звонким озорным голоском: «Шарю!» — а после убиения, с не меньшим энтузиазмом: «Тырю!»

— Шарю! — возглас обиженной гномы принудил Хэйт распрямится. — Тырю!

Обобрав труп, гнома насупилась.

— И чего ржешь, дылда откормленная? — с грозным видом девчушка напирала на квартеронку. — Мне на все кладбище орать: «Поиск сокрытого», — а потом: «Извлечение тайного», — или два емких, коротких и простых слова?

— Нет-нет, мелочь, все правильно, — Хэйт не сдержала смешок. — Масечка, ты умница, я бы не догадалась до таких команд… Тырю, ой не могу-у-у!..