А кроме жены, с другого бока приткнулся кот Васька, приносивший с собой дополнительный уют.
От их присутствия мне сразу же становилось легче, а суета и стрессы, накопившиеся за день, куда-то уходили.
У императрицы тоже хватало дел. Вместе с придворными дамами, она занималась сбором средств для раненых, собирала посылки для отправки на фронт, а еще организовывала помощь детям, оставшимся без родителей. Таких было пока немного, но они появлялись.
Софья вообще удивлялась самому факту сиротства. Нет, не тому, что ребенок оставался один, без родителей, такое иной раз бывает. Но, по ее мнению, ни один ребенок не должен расти среди чужих дядей и тетей, а обязан иметь семью. Моя супруга изумлялась — почему детей, оставшихся без родителей, не забирают родственники? В Турции, например, таких ребятишек сразу же берут близкие родственники — дедушки и бабушки, дяди и тети. Нет близких — заберут дальние. А если и таких не окажется (это уже редкость!), тогда позаботятся соседи. Сосед сразу же возьмет ребенка в свой дом и воспитает как своего сына.
Вот здесь я с ней полностью согласен, но, увы, у нас все не так, как в Османской империи. Говорят, что когда-то и на Руси не было детей-сирот, но с течением времени и нашим приближением к цивилизации, они появились. Впрочем, историки считают, что впервые «беспризорники» стали появляться даже не после монголо-татарского нашествия, а после Великой Чумы, пришедшей к нам около 1358 года, когда из-за страшной болезни почти обезлюдела и Москва, и другие русские города. Дети, якобы, имели более сильный иммунитет и, в отличие от взрослых, они выживали.
Сегодня я пришел сравнительно рано, часов в двенадцать. Разумеется, Сонечка ещё не спала, а сидела у туалетного столика, разбирая какие-то свои украшения. Их у моей девочки было немало. Что-то она с собой привезла, а что-то ей подарила Ольга Николаевна и Александра Федоровна.
Вот тут вот, совсем удивительно. Вдовствующая императрица (как ее иной раз называли — императрица-бабушка), на дух меня не переносила, ни разу не явилась в гости, ни разу не пригласила меня в Павловск, в свой дворец. Вдова покойного Николая Александровича даже отказалась приехать на коронацию, сославшись на старость и слабое здоровье. При дворе, да и в народе шептали — дескать, чудит старушка, а истинные причины неприязни знали немногие.
Так вот, в отличие от меня, к Софье вдовствующая императрица отнеслась со всем радушием, словно родная бабушка к внучке. Зазывала ее на чай, одаривала золотыми финтифлюшками и бриллиантами. Причём, первая встреча вдовствующей и действующей (или, как оно правильно?) императриц, состоялась при весьма прискорбных обстоятельствах, когда Соня, вместе с моей матушкой, отправились в Павловск, чтобы осмотреть царский дворец на предмет размещения там госпиталя для нижних чинов.