Он кивнул, взял ведро и ушёл. Вернулся через минуту с полным, держа в другой руке щётку с длинной ручкой (и где только добыл?) Поставил ведро на пол.
— Соль у вас есть?
— Д… да… — заторможенно наблюдая за ним, пробормотала Ольга. — А зачем?
— Гениально! — мысленно пискнула Воля.И как я не догадалась? Соль — это натрий плюс хлор! Какой удивительно умный мужчина…
— Смотрите, — ответил Арсений. — Засыпем тут солью. Дадим постоять. Лучше, конечно, сначала залить кипятком, но доски тут старые и щербатые, так что не будем. А потом уже промывать, скрести щёткой и тряпкой. Так что там с солью, мне сходить?
— Я сама.
Ольга вышла в мыльню, порылась на полке, где стояли банки и мыло, и вернулась с большой глиняной плошкой. Арсений уже сидел на корточках посреди каморки и деловито осматривал половицы.
— Вот, — сказала она, протягивая соль.
Он взял, щедро посыпал мокрые пятна белым. Соль тут же потемнела, рассыпалась. Ольга не поверила своему носу: запах стал заметно слабее.
— Пусть постоит, — сказал Арсений. — Пока мы с вами…
Он не договорил, поднялся, вышел и через минуту вернулся уже с табуреткой. Поставил. Ольга даже не успела спросить, откуда он её взял, как Арсений взял щётку и, тихо присвистывая, принялся подметать ею пол. Делал он это размеренно, широкими движениями, от стены к двери.
— Вы… — начала Ольга.
— А вы садитесь, — сказал он. — Вон табурет.
Ольга так удивилась, что села. Арсений ловко мел пол, посыпал солью, снова скоблил.
— Не пускайте щенков, — попросил он. — Пока солью посыпано. Лапы пожгут. Вот так, да. Спасибо.
Щенки то и дело совали нос в каморку. Ольга отгоняла их тряпкой.
— Почему вы никого не позвали на помощь? — тихо спросил Арсений, не оборачиваясь.
— Я… не подумала. А если честно, то мне просто нечем платить.
— А отчего решили, что это должно вам чего-то стоить? Жители острова забыли, что вам должны? Они, наоборот, считают вас гордячкой и опасаются предложить помощь. Обидеть странную барышню.
Ольга молчала.
— Пол за щенками лучше мыть белильным порошком, — задумчиво произнёс он. — Взять его можно в аптеке. Зайдите туда, вам дадут просто так. Всем дают.
— Я не знала, — призналась Ольга.
— А ещё лучше — поставить небольшой загон с будками и не держать их в доме. Для них же лучше — взаперти щенки хуже растут. Я сегодня пришлю мальцов, они всё сделают.
— Мальцов? — переспросила Ольга.
— Удальцов, — усмехнулся Арсений. — Вдовьи сыновья. Рыбацкому делу их старшие не учат, им своих бы наставить. Да и матери не пустили бы — хватило им и того, что кормильцев забрало проклятое море. А вот строить если научатся, да всякому прочему делу — кирпичному, штукатурному, плотницкому, — то и в Киммерии пригодятся, и дальше с таким ремеслом не пропадут. У меня в ученичестве. Я и думать не хотел брать с вдов оплату, а вот поработать в усадьбе — совсем другая история. Глядишь, и науку получат, и ремесло, и сделают благое дело.