И мы идем. Рядом. Синхронно размахивая скованными наручниками руками. Как сиамские близнецы…
Я ковыряюсь в инструментах, пробую открыть замок разными ключами и согнутой проволокой — бесполезно. Я в этом не спец. Да и наручники, несмотря на легкомысленную меховую отделку, оказываются на удивление прочными. Из ментовки Кабан их стащил, что ли?
Может, попробовать ножовкой по металлу? Расплить кольцо и разъединить их я смогу. Но вот как снять браслет с руки Зайки… Рисковать ее лапкой поблизости от острой ножовки я бы не стал.
Меня осеняет идея. И я звоню Кабану.
— Слушай, у тебя есть ключ от наручников?
— Че?
— Ты у меня был месяца три назад. С дамой. Этой, как ее… Элеонорой, что ли. Помнишь?
— Ну.
— И забыл наручники.
— Че?
— Кабан, ты пьяный что ли?
— А ты?
— Я трезвый, мля!
— А че за пургу тогда несешь?
— Ты не оставлял у меня наручники?
— Нет.
— Так бы сразу и сказал…
Я кладу трубку. Блин…
Смотрю на Зайку. Она на меня. Злая до чертиков.
— Ну укуси меня. Сильно. До крови.
— Не хочу, — дуется она.
Лучше бы ругалась…
Я сам все испортил.
Еще до того, как мне пришла в голову идиотская идея с наручниками. Я не знаю, что я сделал не так. Но что-то сделал.
Зайка лежала, дремала, была вся такая нежная, уютная и домашняя. Уже никуда не хотела уезжать. А потом вдруг снова захотела…
Почему?
Я трачу еще полчаса на попытки самостоятельно открыть наручники. А потом мне звонит Кабан и говорит:
— Тебе надо браслеты расстегнуть?
— Ага.
— А ключа нет?
— Какой ты догадливый!
— Я тебе сейчас человечка пришлю. Зовут Борис. Все умеет.
— Понял.
В ожидании человечка мы с Зайкой идем на кухню. Я ставлю чайник, завариваю ей чай. Но она не пьет. Зевает.
Устала, бедная моя девочка.
— Зайка…
Я обнимаю ее, прижимая к груди.
— Прости меня пожалуйста! Я идиот.
Раздается звонок в дверь. Мы вместе идем открывать — по-другому никак.
— Здорово! — Борис пожимает мне руку, косясь на наручники.
— У нас тут ситуация…
— Вижу.
Мы с Зайкой садимся на диван. Борис устраивается на стуле перед нами. Раскладывает на журнальном столике чемоданчик с набором инструментов.
— Ничего себе! — присвистывает Зайка. — Это все для…
— Разных ситуаций, — бурчит Борис.
И пробует отмычки. Одна, вторая… щелчок. Третья подошла.
Зайка сразу вскакивает, растирая руку. И уносится по лестнице наверх. А я сначала провожаю Бориса, вручив ему соответствующее возраграждение. А потом иду к ней, уже зная, какую картину там застану.
Так и есть. Стоит рядом с упакованным чемоданом.
— Отвези меня домой! — Зайка требовательно топает ножкой.
И я покорно бреду за ключами от машины. А что мне остается делать? Я накосячил по-крупному. И теперь должен покорно выполнять распоряжения своей сердитой госпожи.