— Они, — хмуро, но быстро и честно ответил друг. — Нам некогда было. Такую чёртову кучу народу к праотцам наладить — когда уж там бояться?

— Позволь представить тебе, дорогой друг, Гната по прозванию Рысь. Мой верный воевода и крёстный отец моего первенца, Романа. Воин исключительной храбрости и редкого благоразумия, — не обращая внимания на подозрительный взгляд Гнатки, отрекомендовал его Всеслав.

Вероятный посланник великого визиря раскланялся с молодым нетопырём под пристальным взглядом старого.

— Другим же я запрещать лгать и бояться не могу. Кому-то хватает личного примера, моего, семьи, дружины. Кому-то нужно больше времени, чтобы увидеть очевидные преимущества. Для того, чтобы убедить людей, я не стесняюсь просить о помощи уважаемых отца Ивана и Буривоя, — продолжал протокольные мероприятия Чародей. — Они, заставив моё сердце радоваться и петь, отринули прежние споры и вражду, бросили выяснять, чей Бог сильнее и главнее, вняв голосу разума.

Звездочёт поручкался с патриархом и волхвом. Я только хмыкнул удивлённо, предположив, что на следующей встрече примут участие Будда и Конфуций, если живы ещё, или кто-то из их учеников. Кто там постоянным был? Далай-лама? Вот он. А папу Римского не позовём. Имеем же мы право на некоторые предубеждения?

— В границах союза держав, что ты мог видеть на площади, не принято задирать тех, кто верит в других Богов, называет одних и тех же разными именами. Не принято спорить, на каких языках возносить хвалу Им. Я, по скудоумию своему, в вопросах богословия не очень силён, но полагаю, что Вечный Огонь услышит слова, идущие к нему от сердца, не разбирая наречий, на которых те слова будут произнесены. Для беседы с Богом, по моему мнению, вовсе нет нужды тревожить тишину разговорами.

Перс напряжённо глянул на волхва с патриархом. Те согласно кивнули, торжественно и значительно.

— Твоя мудрость — услада для моих ушей, Всеслав, — осторожно начал он. — Я знаком с несколькими правителями, но ни один из них не позволил бы себе сказать подобного. Для властителя бывает удобнее, если весь народ страны верит в одного Бога. Уважаемые и важные люди могут поклоняться Тем, кому привыкли, но жители должны быть едины со Всевышним и властителем, что несёт слова Его.

— Боюсь, это может стать лишней бедой, достопочтенный Абу. Но я не вправе советовать ни тебе, ни правителям далёких земель. Скажу лишь, что на Руси жить стало проще и свободнее, когда одни люди по указу греков перестали жечь и резать других. Те, другие, чтившие веру наших предков, перестали прятаться по чащам и пещерам. На земле стало меньше лжи и меньше страха, — ответил Чародей уверенно и многозначительно. — Но позволь мне вернуться к разговору о кушаньях. Знаешь, бывает так, что Всевышний даёт щедрое угощение достойному. Но одному человеку не под силу совладать с таким даром, много слишком для одного. Скареды и жадины пытаются сохранить полученное, коптят, солят, сушат. Но часть всё равно испортится, загниёт и станет ядовитой. Другие же люди, и их подход мне ближе, созывают в свой дом друзей и соседей, устраивая великий пир. Всевышний радуется, слыша, что хвалит его так много счастливых, сытых и довольных людей. А те, кто сидел за одним столом на празднике, становятся ближе, почти родичами. Что ты думаешь об этом, уважаемый Абу?