— Присаживайтесь, госпожа, — вежливо, не обращая внимания на холодность в голосе женщины, сказал Тесак и показал на стул с высокой мягкой спинкой, и с интересом оглядел стройную фигуру Сиггрид, затянутую в длинное платье без изысков. Сорокалетняя младшая жена короля Харальда, несмотря на рождение троих детей, до сих пор выглядела сногсшибательно. Без магических воздействий здесь не обошлось, бесспорно. — У нас будет нелёгкий разговор, но если вы хотите оказаться на свободе как можно быстрее, вы должны выслушать наши требования и передать их своему мужу.

— Говори, — Сиггрид понимала, что гордо послать ублюдков, захвативших яхту, к йотуну[3] на рога — самое последнее дело. Нужно понять, какова их истинная цель, на что они рассчитывают. И сев на стул, выпрямила спину, как истинная аристократка.

— Через несколько минут мои люди наладят связь с Харальдом, — Тесак кивнул на копошащихся бойцов. — Я дам вам возможность поговорить с ним и передать наши требования.

— Хочу услышать их…

— Конечно. Король Харальд должен освободить из тюрьмы племянника бывшего короля Матиаса, сняв с него все обвинения в заговоре против Короны и прекратить преследования его оставшихся в живых родственников, — Тесак демонстративно вытащил из пачки сигарету, прикурил от простенькой зажигалки, окутался дымом. — Дать автономию лопарям, которые в этот момент ведут вооружённую борьбу против узурпатора. Сделать её столицей Гельсингфорс. Лукас должен получить статус наместника и гарантии неприкосновенности.

— Лукас — мятежник, — с ледяным спокойствием ответила Сиггрид. — Муж не пойдёт на такой шаг.

— Мы же не заостряем на этом факте внимание, — Тесак по-змеиному смотрел на женщину. — Мятежник он или народный герой, сейчас не важно. Озвучено именно это требование.

— Автономия Лапландии со столицей в Гельсингфорсе — полная чушь, — опять возразила заложница. — Выход мятежников к морю даст им неоспоримое преимущество для наращивания поставок оружия, боеприпасов, техники. В конечном итоге, война на окраинах станет перманентной. Харальд не станет терпеть под боком сепаратистов.

— Ваше мнение никому здесь не интересно. Мне не нужна лекция о внутренней политике Верховного конунга. Вы передадите мои слова Харальду, пусть быстрее думает. Надеюсь, он любит вас и ваших детей, и не станет жертвовать вами в угоду собственных амбиций, — Тесак поставил ещё один стул напротив сидящей Сиггрид спинкой вперёд и оседлал его, дымя сигаретой. — Я слышал много интересных историй про его неуступчивость и принципиальность в вопросе с террористами и сепаратистами. Как думаете, дротскона [4] , насколько сильно вас любит муж? Что он предпочтёт: спасти младшую супругу с чудесными детишками или не поддаваться на шантаж очень нехороших и злых террористов?