— Что, лучше чем оригинальный облик? — ревниво уточнила девушка, одёргивая края непривычно открытой юбки, что оголяла всё вплоть до ягодиц.

— Нет конечно! — быстро возразил я. — Оригинальный облик — идеален! Ну так что, все готовы отправиться в особняк Мирзаевых по моим делам? Кстати, дорогая — ты умеешь использовать теневой путь сама, без артефактов?

— Да, но тогда эффективность не выше обычного четвёртого ранга, — чуть досадливо признала девушка.

— А больше и не нужно. Просто держитесь тенями, что бы никто не понял, кто именно скрыт в моих тенях. Будете весьма интересным довеском — два Старших и один Младший Магистры плюс Мастер. Впрочем… Ты, Хельга, можешь выйти из теней как только доедем до особняка. Договорились?

— И кем ты меня представишь? — поинтересовалась она.

— Валентина Свинцова, подруга детства из Санкт-Петербурга, — на ходу сочинил я. — Всё равно никто проверять не будет сегодня же… А дальше нам уже будет плевать.

— Какая такая подруга⁈ — ревниво поинтересовалась девушка.

— Да бог знает, — честно развёл я руками. — Я в Петрограде вообще провел меньше трёх суток — до Сибири всю свою жизнь я был в Москве, в Родовом поместье. Имя и биография Валентины выдуманы только что.

Это успокоило девушку, и дальше мы двинулись без особых эксцессов. Нет, на четырех магов в моей тени косились — всё же резиденция была набита чародеями, и свой хлеб они ели не даром. Подобного умника, будь он даже Архимагом, разоблачили бы сразу… Вот только сенсорные системы опознавали эту четвёрку как своих, и потому охрана дворца молчала. Мало ли какие причины были у покидающих дворец чародеев для такой маскировки? Лезть не в своё дело, рискуя разгневать вышестоящее начальство, желающих не было. Не дураки, чай.

Естественно, в поместье Мирзаевых мы поехали отнюдь не на том образце передвижного магического бункера, на которым прибыли сюда. Требовалось нечто поскромнее… Впрочем, Девятая явно это учла, так что выкатились мы на вполне себе обычной карете, что уже ждала нас во дворе. Александр Романов провожал меня долгим и злым взглядом, стоя во дворе — и чего только малолетнему дибилу не спалось, спрашивается?

Ну как малолетнему… Относительно меня малолетнему. Так-то тридцатилетний мужик, уже вполне себе зрелый возраст по любым меркам. Ну да не моё дело, верно?

— До чего ж неудобно в этих тенях двигаться, — пожаловалась Хельга, медленно растирая шею с задней стороны и поводя головой из стороны в сторону с отчетливым хрустом. — Всё будто затекает и начинает болеть… Интересно, а есть какой-то иной способ двигаться, частично слившись со стихией?