— Спасибо, с удовольствием, — Цапыгин даже не подумал отказываться, и Корзун тут же принялся чашки ароматным черным напитком наполнять.

В отличие от меня, они его молоком портить не стали, но, прежде чем сделать глоток, прикрыли глаза и втянули в себя уже позабытый аромат настоящего кофе. Ну да, даже правителям сейчас такая роскошь недоступна, так как для получения хорошего кофе нужен доступ в океан, а это в данный момент невозможно. Если по рекам и немного по морям уже успешно плавают, то вот после выхода в океан еще никто оттуда не возвращался. Не одни смельчаки уже сгинули, что решили по-новому другие континенты открывать. Что тому виной, люди или может чудовища там какие завелись, никто не знает, и даже слухов… хотя нет, слухов как раз хватает, но достоверных нет. Так что многое из того, что раньше было доступно всем, теперь только на картинке и можно увидеть.

— Совсем недурно! Я бы даже сказал — превосходный вкус и аромат, — сделав глоток, похвалил кофе Цапыгин, и как бы между прочим поинтересовался: — Это, я так понимаю, ты с того света с собой прихватил?

От такого вопроса у меня глаза на лоб полезли.

«Откуда знает? – меня чуть паникой не захлестнуло, ведь о моем путешествии в другой мир никто не знает, кроме разве что… — Приведение настучало?»

Спас меня Иван Андреевич, подошедший к нам с еще одним кофейником в руках. И пока они здоровались, да обменивались дежурными фразами, я в себя успел прийти, отбросив в сторону ту пришедшую в голову бредовую мысль. Так что, когда хозяин дома присел в свободное кресло и спросил:

— О чем беседуете?

Я уже снова из себя саму невозмутимость изображал, спокойно дымил сигариллой, под его неодобрительным взглядом, что он на меня бросил, но так ничего и не сказал, снова на Цапыгина посмотрел, ожидая ответа.

Ну тот и пояснил, заодно мне стало понятно, почему он с сопровождением в этот раз пришел.

— Да вот, провели допросы Саферова и Тарноруцких, много интересного узнали… от Саферова. Остальные Тарноруцкие вообще не при делах оказались, ничего не знали о планах своего отца и деда. Ну так вот, Саферова разговорили, и он утверждает, что не может Саня Мещерский живым быть. Убили, говорит, его, в чем он всеми богами божится, так как сам это убийство и организовал. Вот я и спрашиваю у «Александра» — выделил он интонацией мое имя, мол сомневается, что это я и есть. — Как оно там, на том свете, и как умудрился вернуться, да еще и столь божественный напиток с собой прихватить.

Цапыгин замолчал, снова к кружке к кофе припал, а вот Корзун с моего лица взгляда не сводил, не знаю, что там пытается высмотреть. Я же, после произнесенной речи, окончательно успокоился. Даже хмыкнул про себя, какие до этого мысли глупые в голову приходили.