Судя по тому, как она замолчала, раненый Женя уже не раз где-то накуролесил. Видимо ещё один залёт и… что там за «и», можно только гадать. Да и не важно это, глядя на девчонку, мне одна интересная идея в голову пришла.

— Бесплатно не работаю, — повторил я, и, видя, как вспыхнувшая было надежда начала покидать глаза девчонки, добавил: — Но если в качестве оплаты обеспечите мне на неделю крышу над головой и койку, тогда помогу.

— Да ты… — сжав руки в кулаки, шагнул в мою сторону «резкий».

— Заткнись и успокойся, Красный, — успела поймать его за руку и дёрнуть назад девчонка. — После чего чуть ли не вплотную ко мне подошла и, глядя в глаза и уже без всякой вежливости, негромко произнесла: — Если свои яйца ко мне подкатывать не будешь, и тебе и вправду только крыша над головой и койка нужна, то я согласна на твои условия.

— Маринка!

На окрик «резкого» Маринка даже ухом не повела, пристально мне в глаза смотрела. А до меня дошло, парнишка, видимо, только про койку и услышал, в отличие от девчонки. Как и говорил, ей пятнадцать-шестнадцать лет, длинноволосая шатенка, и, самое главное, очень красивая уже сейчас. Чуть подрастёт вообще крышесносящей станет. Поэтому «резкий», да и другие парни насупились и, похоже, драться со мной собираются, если судить по их виду и настрою.

— Мне именно что крыша над головой и койка на неделю нужна, — повторил я свои прошлые слова, насмешливо хмыкнув, услышав про подкаты к ней. — Ничего сверх этого не требуется… сударыня.

Да, на Радаге всё ещё в ходу такая вот архаичная форма обращения не только в высшем свете, но и, скажем так, в слегка привилегированных слоях общества, к которым я по умолчанию отношусь, так как являюсь адептом. Но вот Марину, судя по тому, как она на миг смутилась, до этого вежливым обращением не баловали. Что странно, как и говорил, она уже сейчас красива… хотя, детдомовская, «не подкатывать яйца», ясно, как к ней чаще всего обращались.

Больше ничего не говоря, обошёл замершую Марину, направился к «Жене», так как согласие на оплату прозвучало и девчонке я решил поверить, что обманывать она меня не собирается. Прошёл мимо Красного, пытающегося меня взглядом испепелить, другие пацаны, пусть и тоже хмуро на меня смотрели, но сами расступились, предоставляя мне доступ к раненому.

— А ну ка, — присел я рядом с Женей и отодвигая в сторону руки девушки, которая одна тут сидеть оставалась, прижимая к животу парня кофту. — Отдохни и не мешай.

Усыпил пацана, а то вздумал мне тут сопротивляться, когда я, убрав руки девушки, попытался и его лапы от прижатой к ране кофты отодрать.