Прицелившись в голову, я выстрелил, но на этот раз пуля ударила в изогнутую хитиновую пластину на затылке твари. Искры брызнули во все стороны и оторванная пластина отправилась в полёт.
В этот сколопендра тварь наконец поняла кто терзал её плоть и рванула в сторону человечка. Я снова прицелился, решив попробовать пробить её корявую голову в тот момент, когда она приблизится достаточно близко.
Рванувшее ко мне тело сколопендры врезалось в груды сухих брёвен и во все стороны полетели крупные щепки. В результате её попавшая в прицел голова вильнула в сторону, и пуля пролетев мимо, врезалась в несущемся ко мне длинное тело под острым углом.
После этого я приготовился отпрыгнуть в сторону, но в последний момент остался стоять на месте, ибо сколопендра вместо того чтобы напасть, по какой-то необъяснимой причине вильнула и обогнула активированные периметр пентаграммы. При этом она, явно не желая этого, проскочила мимо.
С опозданием ощутив свою неудачу, тварь яростно зашипела и начала разворот, но инерция движения заставила её проскочить ещё дальше. И в тот момент, когда хитиновый поезд проскочил дальше, я понял, как это всё работает. Похоже это прочерченные мною защитные периметры не пустили тварь внутрь.
Вытащив ещё один осколок, я принялся выводить им лучи, и они один за одним начали наполняться серой хмарью. А всё то время пока я бегал в кругу, сколопендра продолжала яростно нападать, при этом каждый раз сталкиваясь с невидимой преградой и огибая её.
Причём её безумные наскоки каждый раз порождали потоки силы, позволяющие меня чувствовать себя увереннее. При этом брызгающая из нового длинного рассечения чёрная кровь вливалась в линии и круги, предавая им чёткости.
Заметив это, я прицелился и снова выстрелил, теперь не желая попасть в голову. Заряженная энергией пуля снова вошла под острым углом, распоров несколько сегментов и породив новые фонтаны крови. При этом кровавый дождь устремился вверх, помогая пентаграмме ещё чётче проявиться.
А едва я продолжил чертить, второй мелкий осколок рассыпался и пришла пора доставать третий. Буквально через несколько секунд с основным чертежом было покончено и настала пора проявлять строчки рун, обильно раскиданных по пентаграмме.
Как оказалось выписывать каждую закорючку не понадобилось. Едва я касался очередной руны острым осколком из него во все стороны брызгали частички, и призрачная строчка проявлялась.
И с каждым таким проявлением что-то неосязаемо вокруг менялось. Я останавливался и пытался понять, что именно меняется, но ничего кроме появления всё большего количества призраков на арене не замечал.