— Воспитай мальчика правильно, и он будет жить. А ещё заведи себе нормального мужика и будь человеком, насколько это конечно возможно. А за остальным прослежу я. И кстати прятаться и скрываться от меня бесполезно, теневик найдёт тебя даже под землёй.
Выслушав меня, Посредница надолго призадумалась, затем не глядя наклонилась и подняв с пола первую попавшуюся карту, кинула на стол картинку со всё тем же распотрошённым мертвецом.
Увидев её она зло фыркнула.
— Ты можешь пообещать, что не тронешь сына, не предупредив перед этим меня?
— Да — ответил я.
— Что ты хочешь взамен?
— Ювелира. Поведай мне что к чему, ибо я не верю, что такой как он, может кого-то отпустить из своей паутины.
— Ты прав, он почти никого и не отпускает. Если кто-то запутался достаточно в его паутинках, то он останется там навсегда, превратившись в живую тень прежнего человека — констатировала посредница.
— А зачем тогда вся эта игра с отсрочками, некие обещания и вся эта канитель с предложениями оплаты?
— Ведьмак, а ты что так ничего и не понял? — Посредница криво улыбнулась. — Это же как приготовление вкусной пищи. Ювелиру это ужасно нравится. Сначала он находит уникального человечка, затем немного ему помогает, а потом, когда тот созревает, Ювелир забирает себе самые лакомые кусочки. А долгая игра разжигает его аппетит и делает его ещё сильнее.
— Значит Наташа выкормленная дичь, которая обречена пойти на заклание?
— Да она обречена. И тот приятный во всех отношениях, доктор Кац, он тоже обречён. Ибо в тот момент, когда запустится процесс возврата заёмной жизненной энергии, тщательно скрываемые чувства доктора прорвутся наружу. В результате он не выдержит и пойдёт на новую сделку с Ювелиром.
— А зачем ему доктор Кац? — спросил я уже предполагая каков будет ответ.
— Доктор — это очень редкая, деликатесная дичь, которая к тому же, из-за своей врождённой любознательности, приносит интересные вещички и с помощью своих связей сможет обеспечить постоянный приток жизненной силы.
— Выходит Ювелир знает, что всё и так достанется ему и просто играет с нами всеми?
— Именно так — подтвердила посредница.
— А почему ты ему помогаешь?
Услышав мой вопрос, посредница снова оскалилась, но потом немного посидев, явно нехотя начала отвечать:
— Мой сын. Если честно, я не думала, что так к нему привяжусь. Он получил травму головы и чуть не погиб. Ювелир помог практически «безвозмездно» и теперь пользуется любыми моими услугами, когда только пожелает.
— Значит он не может забрать у него то что уже отдал — проговорил я, учуяв возможность.