— Ещё одна группа и мы все тут поляжем смертью храбрых — констатировал Сева, при этом вытирая лезвие топора, о больничную рубаху, сорванную с одного из мертвяков.
Я кивнул, соглашаясь и указал на тот самый коридор, откуда мы только что выбрались.
— Вперёд, надо срочно вернуться — тут же приказал я, и перед тем как направиться за остальными, сунул палаш в небольшую нишу и приставил его к стене, гардой к верху.
Затем я собрал всю накопленную энергию и сотворив сильного теневика, рванул вперёд.
Через полминуты мы оказались на том самом месте до которого смогли добраться прошлый раз. Тут я жестом указал чтобы все остановились. После этого провалился спиной к стене и полностью переключился на теневика, ведь теперь от его действий зависело очень многое.
Секунда шла за секундой, а вместе с истекающим временем, из боевого призрака выходила энергия, видимо тающая из-за слишком большого расстояния, которое нас разделяло. И в тот момент, когда я подумал, что израсходовал последние крупицы накопленной во время боя силы зря, черноволосая голова боязливой твари, снова появилась в проёме. Появившись, она с подозрением принюхалась, а потом скользнув по потолку, начала медленно пробираться вперёд.
Всё это время боевой призрак ждал, и лишь в тот момент, когда до полного его развоплощения оставалась пара секунд, он схватил палаш и прыгнул. Для того чтобы добраться до замершей твари, ему пришлось дважды оттолкнуться от забрызганных внутренностями и мозгами стен.
Тварь почувствовала опасность, начала озираться и метнулась в сторону, но тут же напоролась на проткнувший ее насквозь клинок. Громко заверещав, она свалилась вниз, а я, тут же отлипнув от стены, рванул вперёд. А через пяток секунд я поймал уползающее тело в прицел охотничьего ружья и выпустил дуплетом в спину твари, два вполне обычных пулевых заряда.
Резко перестав верещать, поверженная иная забилась в агонии и в этот момент, через монокуляр я увидел ее истинный призрачный облик, пытающийся выбраться из девичьего тела. Вполне женские очертания начали раздваиваться и у той части которая стремилась отделиться, выросли сразу четыре пары паучьих лап, будто скрещенных с нормальными человеческими конечностями.
Подойдя вплотную, я вырвал клинок из раны, и не придумав ничего лучше, отрубил паучихе голову. И только после этого увидел фиолетовое свечение, расходящееся от изуродованного, девичьего тела. А затем меня накрыл резкий прилив потусторонней силы, переполняющей моё внутреннее хранилище. Одновременно с этим я увидел призрачный образ человекоподобного насекомого, медленно тающий в фиолетовой дымке.