А в конце общего собрания он и вовсе провёл пятиминутку политинформации, давшую понять, что он в курсе того что происходит как в СССР, так и за пределами страны рабочих и крестьян.
За прошедшие двадцать минут я так и не выявил ни одного видимого всплеска аномальной активности той или иной ауры. И лишь аура заведующей меня немного напрягала.
А после того как директор отпустил трудовой коллектив и оставил только руководящий состав, всё моё внимание невольно приковалось к ауре заведующей. В то время пока заведующая склада, начальник транспортного цеха, главный бухгалтер и глава отдела снабжения, делали короткие доклады, женщина монолит сидела, превратившись в живой камень. При этом её разбухшая аура буквально нависала над каждым докладчиком, словно давя своим авторитетом.
Вторая часть собрания продолжалось около двадцати минут, и в тот момент, когда я практически уверовал в то что нужно сконцентрировать внимание на Любовь Михайловне, в кабинете появилась секретарша.
Её аура не была столь выдающейся, но зато количество чёрных разводов на поверхности заставило насторожиться. Некогда довольно-таки светлая аура, теперь походила на загрязнённую сферу. Я не понимал, что именно так повлияло на окружающую секретаршу энергетическую оболочку, но то что это было неестественно, стало понятно сразу.
Наконец определившись с подозрительными фигурами, я начал дожидаться, когда все разойдутся, при этом поддерживая, стоящего на месте, считывающего энергетические поля призрака. И в тот момент, когда директор наконец всех отпустил, начавший развоплощаться призрак внезапно заметил то, что я точно не ожидал увидеть.
После начальницы отдела снабжения, со своего стула встал начальник транспортного цеха, который догнал её и принялся ей что-то шептать на ушко. И вот прямо за ним и тащился длинный кусок призрачной материи, похожий на верёвку.
Причём этот кусок едва заметно шевелился словно змея. В кабинете всё ещё оставалась Любовь Михайловна, когда я распахнул скрытую в деревянных панелях потайную дверцу и вышел наружу.
— Юрий Константинович, начальник транспортного цеха. Мне надо с ним срочно пообщаться — проговорил я, глядя на удивлённого директора.
— Геннадий, это точно не он — проговорил директор. — Сергей Михайлович очень полезный человек, работает больше десяти лет и никаких подозрений не вызывал. К тому же он практически не имеет допуска в мой кабинет.
— И всё-таки мне нужно кое-что проверить.
— Что происходит? — не выдержав спросила Любовь Михайловна.
— Любочка, ты же помнишь ту нашу проблему с растущей недостачей? Так вот молодой человек взялся её решить весьма нетривиальным способом. Он как бы это сказать — экстрасенс. Именно по его просьбе я и собирал сегодня коллектив — проговорил директор и с претензией посмотрев на меня, спросил: — Как я понимаю, раз мы разговариваем при Любовь Михайловне, вы её больше не подозреваете?