Разбудили меня довольно скоро. Один из военных в моей камере растолкал и сообщил шёпотом, что в коридор заходят какие-то люди. Я сразу же отозвал последнего «нашёптыша» и вновь сделал вид, что сплю.

— Угорели, подлюки! Ну это ж надо!..

— Где эта камера?

— Вот… Тут она! Кто тут воевода Ишер? — перед нашей решёткой остановился незнакомый регой и двое новых тюремщиков.

— Мои приёмные часы уже закончились! — повернувшись лицом, но не вставая с лежанки, сказал я. — Следующий приём после завтрака…

— Что, совсем никак нельзя? — уточнил регой, под удивлёнными взглядами тюремщиков.

— Совсем… Не положено! — отозвался я.

— А к… Когда у них завтрак? — обернулся регой к двум опешившим служителям тюрьмы.

— Да у них… Это… — первый тюремщик замялся и покосился на второго.

— Их один раз в день кормят, в обед! — без лишнего смущения пояснил второй.

Врут, бессовестно врут. Обед нам вчера тоже забыли принести.

— Вы что, совсем тупые? — возмутился, между тем, регой.

— Так нет же…

— Завтрака….

— Так сделайте его!!! — заревел регой, принявшись гнать тюремщиков пинками куда-то за пределы моей видимости. — Прямо сейчас!!! Живо, идиоты!!!

Я понятия не имею, откуда эти ребята так быстро взяли еду и флягу с кисловатым пивом… Сильно подозреваю, что кто-то из них пожертвовал перекусом. Но, главное, завтрак прибыл в моё распоряжение очень скоро.

— Воевода, пожалуйте! — вежливо, для разнообразия, сообщил один из тюремщиков.

— Ага, — я радостно отобрал флягу, еду и, оценив объём, предупредил: — В таком случае приёмные часы начнутся через полчаши.

— А побыстрее можно? — нетерпеливо спросил регой.

— Так и быть, пусть начинаются сейчас… — отозвался я, запихивая остатки еды в рот и запивая пивом. — Если очень надо, всегда готов пойти навстречу.

Сам собой, выпустили пока только меня. Но лиха беда начало. Я был почти уверен, что ситуация сложится в мою пользу. Надо было только завиноватить всех вокруг так, чтобы расплатиться не могли.

И первым делом я потребовал вернуть моё имущество. А именно: топор стальной с гравировкой вдоль лезвия, кошель с нужной суммой монет, печать наёмника и щит стальной с усилением, он же подарок одного знатного человека.

Естественно, мне принесли железный топор, горсть меди с серебром и квадратный щит, сколоченный из грубых досок. Всё ровно по описи. Под которой, само собой, не было ни моего давешнего комментария про враньё, ни мало-мальски похожей на мою подписи.

И тогда мне срочно потребовался «иух помойный», который эту опись составлял.

Составитель описей ещё был на работе. Однако это оказался совсем другой человек. Совсем не тот, который принимал у меня имущество. Пришлось немного надавить на этого другого, чтобы выдал, кто ему приказал опись составить. Вот тогда и всплыло имя чиновника.