Всхлипываю. Вскрикиваю. Стон за стоном вылетают прямо в его рот.
Байматов пожирает все. Каждый звук. Каждый возглас. И меня саму. Он полностью берет под контроль.
Его пальцы касаются иначе. Непривычно. В жестах сохраняется оттенок грубости, но ощущается, как он гасит собственные дикие рефлексы. Давит природные порывы.
Такая у него нежность. Звериная. Хищная. Варварская. Нежность почти на грани насилия. И это лишь сильнее в паутину противоречивых эмоций запутывает.
Дурманит.
Мое тело отзывается. Воспламеняется. Потому что Байматову безошибочно удается находить те самые кнопки, от которых меня дрожь словно током пробивает.
И пальцы на ногах поджимаются. Испарина прошибает. И сердце заходится в безумном ритме.
Он доводит меня до пика. Медленно. Методично. Толкает в бурлящую бездну, заставляя содрогнуться, сжать бедра, плотнее стискивая его руку между ног.
Совсем себя не контролирую.
Слезы на глаза наворачиваются. Но это совсем не от боли, не от неприятных ощущений.
Один миг - меня всю прогибает под его сводящими с ума движениями.
Низ живота мучительно тянет. Бедра пронизывают тягучие микроимпульсы. Мышцы ритмично сокращаются, и я вся раскалываюсь под натиском мужчины. Под его пальцами меня будто разламывает на части, размазывает по постели. Дикая пульсация внутри превращается в ослепительный взрыв.
Практически отключаюсь.
Перед глазами темнеет. Кажется, будто утекаю куда-то.
- Хочу видеть тебя, - хриплый голос прорезает сознание.
Невольно веду головой.
- Настя, - чеканит Варвар. - Посмотри на меня.
Это заставляет разлепить потяжелевшие веки.
Встречаю тяжелый горящий взгляд.
- Знаю, перебрал, - вдруг заявляет Байматов, обхватывает мое лицо ладонью.
Голодный к тебе ехал.
Разум затуманен. С трудом соображаю. Но даже в таком состоянии не могу не отметить, что в его глазах и сейчас голод.
- А тут этот выблядок, - кривится. - Рядом с тобой. Не может быть у моей женщины таких…. друзей.
Последнее слово он произносит таким тоном, что звучит грубее и хлеще его обычных ругательств.
Но вообще, проблема ведь не только в Марке.
- Ты сказал, - с трудом ворочаю языком. - Есть правила.
Он молчит.
. Что за правила?
Байматов снова игнорирует фразу. Другим занят.
Он мягко расталкивает мои ослабевшие ноги в разные стороны. Устраивается между дрожащими бедрами.
Кровать поскрипывает под его весом.
Мотаю головой.
Нет, нет. Пусть отвечает.
- Ты должен сказать..
Вскрикиваю, когда его возбужденная плоть упирается в меня. Толкается вперед.
Плавно. Однако мне уже больно. Из-за прошлого раза.
Морщусь
Нет, - бормочу. - Не могу. Саднит...Блядь, - мрачно выдает он.