- Да, - цедит. - Я урод. Только сейчас заметила?
Криво усмехается.
- Пусти, - бормочу.
Вырываюсь из его рук. Отхожу еще на несколько шагов назад.
Все происходящее не кажется мне реальным. Это сон. Просто какой-то сон. Дурной сон. И тут поскрипывает дверь.
Поворачиваюсь.
Смежная с кабинетом дверь вдруг открывается. Показывается темноволосая девица. В одном белье.
Мое сердце обрывается.
- Что за шум? - протягивает она, будто мурлыкает.
Виляя бедрами подходит к Байматову.
Милый, ты...Рот делом займи, - резко выдает тот.
Хватает ее за волосы, рывком опускает на колени.
Девица взвизгивает, но уже через секунду сама расстегивает ему брюки.
Поглаживает мускулистые бедра.
Поднимаю взгляд. Глаза в глаза. На Дамира.
Он выглядит абсолютно невозмутимым. Будто все в порядке вещей. Будто ничего особенного сейчас здесь не происходит.
Отшатываюсь как от удара.
Что такое? - хмыкает Байматов. - Ну давай, ломайся дальше. Все равно вернешься. Еще сама на мой хер попросишься.
Не помню, как вылетаю из его квартиры. Как вызываю такси. Как добираюсь до дома. Перед глазами - темнота. Пусто. И внутри, и снаружи.
Меня выжигает. Напрочь. До капли. Так выжигает, что кажется, внутри ничего не остается. Кровь сворачивается.
- Пошла нахер, - отталкиваю девку от себя.
Отхожу. Достаю новую бутылку из бара. Открываю, прикладываюсь. Алкоголь обжигает горло. Но нихера не берет.
Черт знает, сколько надо выпить, чтобы проняло. Чтобы хоть немного взяло и отпустило.
Разваливаюсь в кресле. Взгляд цепляется за то, чего здесь точно быть не должно.
- Ты еще здесь?
Шлюха суетливо отползает.
- Живее! - рявкаю.
Вскакивает на ноги. Наконец, проваливает, прикрывает за собой дверь.
А я дальше пью. Бездумно перевожу взгляд в другую сторону. На другую дверь.
Туда, где скрылась ОНА
Единственная женщина в мире, которая заставила меня хоть что-то почувствовать.
Хотя нет.
Она охуеть как много ощущений дала.
И сейчас раздирает. От бешеной тяги. От дикой потребности. Кажется, будто пару минут назад кусок плоти от себя отодрал и выбросил прочь.
Она ушла не одна.
Забрала все, что было во мне живого.
Но разве так не лучше?
Для дела - пойдет.
Блядь, до чего же меня корежит.
От боли, которая плескалась в голубых глазах. От того отчаяния, которое пронизывало ее потухший взгляд. От того, как губы нервно кривились.
Самого себя разломал, только бы не броситься вперед. Не задержать. Не сказать, что все это дерьмо. Пиздежь. Что я сам своим словам не верю.
Но сука, так будет правильно.
Особенно перед тем, что совсем скоро намечается.
Времени мало. Некуда уже тянуть. Урвал достаточно. Теперь самое верное решение - отпустить ее на свободу.