Попёрли! Не так рьяно, как накануне, но попёрли. Да ещё и с нового направления, с юга, от деревушки Узлоги. И полковую артиллерию подтянули. Но дивизия, меняющая бригаду, свежая, пусть и неполная, всего два полка, однако за остатки ночи успела не только полуразрушенные траншеи, вырытые мотострелками, подновить, но и новые выкопать, так что встретила атакующий батальон шквальным огнём. И самоходки, двинувшиеся полями от Хотимска, противотанковой артиллерией уполовинить.

Гаврилов оставался в блиндаже-командном пункте, переданном командиру стрелкового полка подполковнику Соболеву, до последнего. И его танкисты вели огонь из повреждённых танков по вражеской пехоте до тех пор, пока последние из ещё ремонтопригодных машин не потащили за Ипуть. Уже по темноте следующей ночи.

Под Рославлем шли куда более масштабные бои, чем в этот день в районе Липовки. Всё-таки прямая дорога к этому городу от занятого немцами Кричева, проходит не по этим задворкам на границе РСФСР и БССР. Но на окраине Хотимска гитлеровцы окапывались усердно, ожидая повторного удара Красной Армии. Правда, если он и будет проводиться, то уже без участия 1-й гвардейской отдельной тяжёлой мотострелковой бригада полковника Гаврилова. Всего за несколько дней боёв от неё, можно сказать, осталось лишь знамя да название.

Да, прорвали вражескую оборону. Да, уничтожили, в общей сложности, больше двух полков гитлеровцев, несколько десятков орудий и миномётов, а также несколько десятков танков, самоходных штурмовых орудий и бронетранспортёров. Но и сами понесли такие потери, что 1-й гв отмсб теперь дорога только на переформирование.

Оправдываться тем, что в наступлении потери всегда выше, чем в обороне? Так ведь самые тяжёлые потери понесли, именно обороняя эту самую Липовку. Тем, что отражали атаки превосходящих сил противника? Тоже верно, но лишь отчасти: бригада была обеспечена такой техникой, которой нет у немцев.

Можно сослаться и на жёсткий приказ держаться за чёртову Липовку, как утопающему за спасательный круг. Ведь даже во время зимних боёв у бойцов Гаврилова была возможность маневрировать, время от времени менять позиции. А здесь приходилось тупо сидеть на месте и ждать, когда прилетит германский «чемодан». Болотистая местность, чёрт бы её подрал, в которой танку завязнуть — проще простого.

Нет, себя винит Пётр Михайлович в том, что его соединение понесло такие большие потери. Только себя. Где-то не додумал, где-то ошибся, где-то просчитался. А в итоге — столь грозная ударная единица отправляется в тыл. В самый разгар тяжёлых боёв.