Голос мужа холоднее арктического льда. Он даже не смотрит на своего секретаря, взгляд прикован ко мне, прожигает насквозь.

— Я должен объяснить… Мы были в университете, документы задержали, а потом…

— Я сказал, ты свободен! — рычит Валид, наконец, переводя на помощника полный ярости взгляд.

Дамир смотрит на меня виновато и торопливо выходит. Валид отступает на шаг, пропуская его, но задевает плечом. Кажется, намеренно. На секунду их глаза встречаются, как будто какой-то молчаливый диалог происходит.

— Дверь за собой закрой, — цедит Валид сквозь зубы.

Он шагает в прихожую, а спустя пару секунд я слышу, как хлопает входная дверь.

Мы остаемся одни.

Меня отчего-то пробирает озноб по коже, я чувствую себя преступницей, застигнутой врасплох. Глаз оторвать от пола не могу, лишь сглатываю нервно, когда слышу щелчок замка. Он… он запер дверь?

Воцаряется тишина. Я кожей ощущаю на себе тяжелый взгляд Валида и не могу даже пальцем пошевелить.

— И часто моя жена встречается с чужими мужчинами наедине? Прямо в собственной квартире?

От его тона по спине бегут мурашки. Разлепив губы, я отвожу взгляд в сторону и оправдываюсь:

— Это не то, что ты подумал. Дамир просто помог донести мне учебники…

— В такое позднее время? Как интересно.

Валид делает шаг ко мне.

На автомате я отшатываюсь и вжимаюсь в стену. Меня будто жаром обдает. Еще и тон у моего фиктивного мужа такой злой, что я с опаской, но все-таки поднимаю взгляд на его лицо. Вижу, как он морщится.

— И что это за разговоры о счастье? О том, какая ты одинокая?

— Я ничего такого не говорила! Он сам…

— А что ты ему сказала до этого, Асия? Пожаловалась, что муж тебя бросил здесь одну? Или рассказала, что после свадьбы к тебе даже не прикасался?

Краснею до корней волос. Он правда думает, что я бы стала обсуждать такое с посторонним мужчиной? У меня бы язык не повернулся даже Валиду такое сказать, хотя он считается моим мужем.

— Я ничего ему не говорила, — повторяю, сжавшись.

Рудзиев прожигает меня взглядом. Словно хочет добраться до самого нутра и увидеть правду. Стою, не шелохнувшись, зацепившись глазами за ладонь Валида, сжатую в кулак.

На коже проступают вены, и я невольно засматриваюсь. Хочется прикоснуться хотя бы кончиками пальцев, но я не имею на это права. Виктория имеет, я — нет. Хотя по документам жена я.

— Зачем ты приехал? Что-то случилось? — выдавливаю из себя, собрав все крупицы храбрости.

Валид нависает надо мной, и у меня дыхание спирает в груди. Кончиками пальцев заставляет поднять подбородок и посмотреть ему в глаза. В них вспыхивает что-то опасное, как будто первобытное даже.